Пришлая

Возьми три бутылки, чтобы с коровами мне было веселей.

Марфа выбежала на улицу и перекрестилась: Господи спаси и сохрани.

У соседки Насти муж давно умер, а две дочери жили в областном центре и работали на винном заводе, и поэтому она всегда имела соответствующие запасы. Настя выслушала Марфу и покачала головой.

– Значит, вернулся хулиган. Надолго ли? Опять кому-нибудь голову разобьёт и сядет. У него ведь вместо мозгов бражка киснет, и кличка у него подходящая – Булдырь. Ладно, дам я тебе три бутылки, только будь с ним осторожна.

На следующее утро Валерка, опохмелившийся и в связи с этим повеселевший, сказал Марфе:

– Не трусь, со мной коровы не разбегутся.

А потом, когда коровы улеглись на первую лёжку, Булдырь достал из сумки бутылку вина и еду и пригласил Марфу присоединиться. Марфа взяла из чашки хлеб, варёное яйцо, кусочек сала и отошла в сторону за кусты. Через некоторое время к ней подошёл захмелевший детина и сказал:

– Ты выбрала как раз подходящее место.

Марфа испуганно сжалась.

– Для чего?

– Ты что, дура? Для любви. Я тебя полюбил с первого раза, а поэтому задирай юбку и снимай трусы.

Марфа от страха не смогла произнести ни слова.

– Действительно, лучше молчи, а то закопаю тебя здесь, и искать никто не будет. Что застыла, как неживая?

Марфа побледнела.

– Вижу, без моей помощи не обойдёшься, – Булдырь стянул с парализованной от страха девушки трусы и повалил её на землю.

Когда через некоторое время Марфа, сгорая от стыда, позора и унижения, поднялась, Булдырь тоже вскочил на ноги и с размаху ударил кулаком девушке под глаз.

– Это чтобы ты знала, что теперь я твой парень, который тебя полюбил всей душой. Выползай из кустов и пошли пасти коров. Сегодня я тебя больше не трону. И держи язык за зубами.

Вечером Марфа вернулась с поля с синяком под глазом и расцарапанной щекой. Людям ничего не надо было объяснять. Все и так прекрасно поняли, что произошло между пастушкой и пастухом.

Вечером Марфа пришла на ночлег к Насте, у которой брала вино.

– Я ведь тебя предупреждала.

– Я ничего не могла сделать.

– Я понимаю, его все боятся. Перед тюрьмой он и меня доставал своими приходами среди ночи с требованием дать ему вина, при этом угрожая поджогом дома. Приходилось давать. А потом он кому-то в городе разбил голову и загремел на два года. И уродится такой дурак на всю деревню, от которого никому житья нет.