Избранное. Том 7. Детективные повести

Прибрежные заросли закрывали потерпевшего.

– У меня больше нет вопросов к подсудимому, – защитник с довольным видом хмыкнул и посмотрел на обвинителя.

– Разрешите, Ваша честь, – Кронов поднялся с места и хмыкнул в сторону адвоката, – восторги преждевременны. Скажите, подсудимый, а какие у вас были отношения с Хомусько?

– Можно сказать, дружеские. Мне так казалось, – Пупыкин, продолжая стоять, пожал плечами.

– Я хочу, уважаемый суд, заострить ваше внимание, на постоянно повторяющееся слово «кажется» в речи подсудимого.

С человеком в плаще это «кажется», тоже присутствует. А если капнуть глубже. В материалах дела имеется установленный факт ссоры и драки подсудимого и потерпевшего из-за женщины – жены Пупыкина. Пупыкин приревновал её к Хомусько.

– Товарищи судьи, так это же по пьяни было, – чуть ли не крикнул подсудимый. Мы ту ссору давно уже забыли.

– Поэтому, товарищи, восторгаться рано, – прокурор развёл руками, – та драка может навести на мысль, что возможно подсудимый специально заманил Хомусько, чтобы свести с ним счёты.

– Протестую, Ваша честь, – теперь уже Капшуль подскочил с места, – этот факт был проверен в ходе предварительного следствия, и установлено, что к случившемуся он не имеет отношения.

– Протест принимаю, – судья кивнул головой.

– Хорошо, оставим его в покое, – Кронов продолжил спокойным тоном, – а вернёмся к «кажется». В материалах дела имеется протокол осмотра происшествия. Так вот, в нём зафиксировано, что в тех кустах, где подсудимому показался человек, были обнаружены куски целлофановой плёнки серого и светло-синего цвета.

Я к чему это говорю? А к тому, что у страха глаза велики, не так ли, подсудимый? Вы видели эту плёнку?

– Видел, – Пупыкин уверенно кивнул головой.

– А какая тогда была погода? – Виктор Васильевич посмотрел на подсудимого, – вы помните?

– Дул ветер с сильными порывами, – Пупыкин снова уверенно кивнул головой, понимая, что лучше получить наказание за неосторожное убийство, чем за умышленное.

– И последний вопрос. Ту плёнку, шуршащую и развевающуюся на ветру, вы могли принять за человека?

– Мог, – уверенно произнёс Пупыкин.

– Что и требовалось доказать, уважаемый суд. У меня нет больше вопросов к подсудимому.

Приговор Пупыкину был обвинительным, с назначением наказания несколько мягче, чем просил прокурор. Участники процесса с этим согласились.