Избранное. Том 4. Детективные повести

Девушка также отрицает своё изнасилование Механошиным, что в противном случае могло бы ей послужить смягчающим вину обстоятельством, – Марфин пожал плечами и обвёл взглядом присутствующих, – другие детали дела вам уже известны из его материалов и моих прежних докладов.

– Поведение Пономарёвой, действительно, выглядит странным, – Крупнов кивнул головой.

– Отрицание изнасилования можно объяснить желанием подозреваемой скрыть от мужа факт полового контакта с «грязным» человеком, – заметил майор Гончаров, – не каждому дано правильно и с сочувствием отнестись к такому случаю с женщиной.

– Логика в её показаниях имеется – заметил начальник милиции Жоров, – есть разница: или толкнуть негодяя, или ударить его палкой по голове. Вызывает удивление и то, что она сказала “ А», но не говорит «Б» и, конечно, возникает вопрос, почему она вообще призналась в общении с Механошиным на Лесных полянах. «Бабочку» она могла потерять и в любое другое время, – Василий Демьянович покачал головой, – а не выгораживает ли она Зыряновых, ярких, умных и ловких натур, которые могли заплатить девушке за самооговор, пообещав вытащить её из тюрьмы.

– Вы правы, товарищи, – прокурор снова кивнул головой, – с такими доказательствами в суд дело не направишь. Пономарёва там вдруг откажется от своих показаний, и дело развалится на глазах.

– Есть, товарищи, предложение, – начальник уголовного розыска интригующе перешёл на шёпот, – давайте это дело прекратим, как того требует народ. Парень напился до отключки, заблудился и не дошёл до дома, утонув в сугробе, и на сук мог сам напороться…

Прокурор усмехнулся.

– С творчеством Есенина я знаком, не будем тонуть в сугробах. Это не наш путь. Тем более, что дело на контроле чуть ли не у самого главного прокурора страны. Да и мы должны продемонстрировать свой профессионализм и докопаться до истины, – Крупнов посмотрел на следователя, – настало время провести следственный эксперимент с выходом на место происшествия, чтобы закрепить доказательства на подпорках.

– По поводу сосновой палки могу робко предположить, что её мог переместить, допустим, медведь, – Марфин усмехнулся своим словам.

– Ага, вылез из берлоги и поиграл с ней, – съязвил Гончаров, – палку эту выбросил преступник, когда уносил ноги с поляны.