Спецотдел «Русский легион»

Время от времени он откладывал винтовку в сторону и закрывал глаза, резко открывая их через несколько секунд. Это был хороший прием снайпера, который Афанасий знал со времени «горячих точек».

Наконец во двор медленно въехали два одинаковых черных джипа «Мерседес» с тонированными стеклами. Приехала охрана чеченского авторитета. Джипы расположились по обе стороны от выхода из первого подъезда. Проверив правой рукой крепление глушителя, Афанасий погладил ствол винтовки, как бы поощряя оружие перед выстрелом, приложил глаз к объективу оптического прицела, наведя мушку на подъезд.

Вскоре Афанасий увидел, что двое охранников вошли в подъезд. Машинально взглянув на часы, Бобров прикинул – по всей видимости, минут через десять чеченец выйдет из подъезда.

Время текло очень медленно. Афанасий уже начал волноваться. Наконец, он увидел, что один из телохранителей вышел из подъезда и, осмотревшись по сторонам, приоткрыл дверь. Наступил решающий момент. Он быстрым движением взвел курок и, затаив дыхание, положил палец на спусковой крючок.

Вскоре из подъезда вышел высокий чеченец, рядом с ним шла женщина с черными волосами, – скорее всего, жена Даудова, – и второй телохранитель. Теперь самое главное было – не волноваться. Наведя перекрестье прицела на голову чеченца, Афанасий медленно нажал на спусковой крючок. Сразу же после первого выстрела он быстро переместил прицел немного ниже и нажал спуск второй раз. Теперь пуля должна была попасть в грудную клетку. Два выстрела – это фирменный его почерк.

Афанасий увидел, что чеченец стал опускаться на асфальт. На голове у него появилась красная точка. Телохранители сразу засуетились и забегали в разные стороны. Женщина, обхватив простреленную голову мужа, стала громко плакать и кричать.

Бобров спокойно отложил винтовку в сторону, вытащил из сумки пистолет, положил его в карман спецовки, взял свой чемоданчик, в котором заранее были сложены отвертки, плоскогубцы, провода – все необходимое для ремонта, и направился к выходу с чердака.

Страх, что чеченцы могут вычислить его и ждать у подъезда, охватил Афанасия. Он чувствовал, что с ним что-то должно произойти. Одной рукой он крепко сжимал в кармане рукоятку пистолета.

Спустившись вниз, Бобров быстро вышел из подъезда и бросил взгляд на дом напротив. К этому времени зеваки уже толпились у подъезда, где, вероятно, все еще лежал застреленный чеченец.