Избранное. Том 2. Повести, детективы

Выругавшись, Смирнов сквозь зубы процедил:

– Ладно, жди сейчас выйду.

Минут через десять на пороге появился Семен и сразу же ему в живот уткнулся автомат Голубева.

К утру партизаны доставили свою добычу в отряд. В девять часов Голубев и Алексеев предстали перед командиром отряда. Григорьев улыбнулся.

– Поздравляю с успешным выполнением задания. Кузьма Трофимович, доложите детали.

Голубев достал из планшета блокнот и, прежде всего, рассказал о расположении немцев в посёлке и о полицаях в деревнях. Командир, выслушав эту часть доклада, одобрительно покачал головой.

– Ваша информация полностью согласуется с другими разведданными, поэтому будем готовить операцию по освобождению этого посёлка от фашистов. Ну, а теперь хочу послушать о том, как вы брали полицаев.

Голубев посмотрел на Егора.

– То, что мы взяли этих гадов, не рискуя жизнью деревенских людей, заслуга Алексеева. В одном из полицаев он узнал своего земляка Петра. Егор договорился с местной женщиной по имени Фёкла заманить предателя в её дом под предлогом того, что там мерзавца будет ждать девушка по имени Настя, которая раньше дружила с ним.

– С Семёном всё ясно, – произнес Григорьев и, задумчиво добавил, – как поступим с Петром?

Алексеев поднялся с табуретки:

– Товарищ командир, Пётр заслуживает смерти хотя бы за то, что пытался изнасиловать малолетнюю девушку, но поскольку он мой земляк, разрешите мне с ним поговорить.

– Разрешаю, но сделаешь это после расстрела Смирнова.

В середине дня Смирнова вывели на опушку леса, где собрались представители подразделений партизанского отряда. Голубев оказался рядом с полицаем. Смирнов обречённо посмотрел на мужа Прасковьи и прохрипел:

– Я ведь твою жену с детьми пожалел, не сжёг их.

Кузьма Трофимович с ненавистью посмотрел на изверга.

– Ты издевался не только над моей женой, но и над другими жителями окрестных деревень. Пощады не жди.

После зачтения партизанского приговора от имени народа Смирнова расстреляли. На справедливое возмездие привели посмотреть и Петра, который стоял в это время на коленях и рыдал. Егор подошёл к нему и презрительно хмыкнул.

– Тогда, в соловьиную ночь, накануне войны, ты не ответил на мой вопрос. Теперь я получил на него ответ.