Матросская тишина

Станислав понял, что напарника Ветрова провели через зал, разыграв задержание.

– А как гости среагировали?

– Да не видел я ничего. Вот спецназовцы подсказывают, что они за нами наблюдали. И вообще, за нами идут две машины – «Мерседес» и джип.

– Вы поаккуратнее там, – ответил Ветров. – Особо не отрывайтесь. Действуйте по обстановке! – Он отключил рацию, потом, немного подумав, снова нажал на кнопку. – Алло, Первый! Третий говорит! Как слышно?

– Алло, слышу нормально, – это был спецназовец, который ехал сзади.

– Ко второй машине «Мерседес» с джипом пристроились. Может быть, нужно помощь по телефону запросить?

– Ничего, – ответил спецназовец, – там ребята лихие. Отобьются, если что. Не волнуйся! Как едем?

– Так же. Езжайте за нами.

Ветров отключился. Затем он наклонился к водителю и прошептал что-то на ухо. Тот кивнул в ответ и резко повернул машину в один из переулков. Станислав увидел, что машина поехала не по той трассе, которая выходит с Ленинградского шоссе, а свернули в сторону Лобни.

«А вдруг будет нападение? – подумал Курдюмов. – Вдруг пацаны узнали, что меня везут, и отобьют сейчас? – Станислав улыбнулся. – Хорошо бы не убили при этом…»

Он ехал молча. «Интересно, куда они меня везут? – думал он. – Скорее всего, на Петровку. Хотя, если фээсбэшники сейчас вопрос поднимут, может быть, и перехватят, остановят машину и скажут: все, ребята, спасибо, – и повезут совсем в другое место…»

Тут к нему повернулся Ветров.

– Ну что, Станислав, говорил я тебе, что мы встретимся? – произнес он.

«Ну вот, – подумал Станислав, – завел разговор…»

– Ты лучше за дорогой следи, командир, – ответил он, – а то, смотрю, у вас какая-то напряженка складывается, – Станислав специально решил показать оперу, что он ничего не боится.

– Какая напряженка? – удивленно проговорил Ветров. – Никакой напряженки нет. Текущая работа, профилактика, так сказать.

– Ну-ну, – усмехнулся Курдюмов. – Батарейки на рации не сели еще?

– Я смотрю, парень, ты артачиться начинаешь! Но тут тебе не Европа. Сейчас мы доставим тебя в следственный изолятор, общую камеру подберем, и жизнь покажется тебе совсем не сладкой!

– А чего меня в изолятор везти? Чего я сделал-то?

– А вот там и узнаешь, что ты сделал! На тебя у нас уже очень много материалов – лет на двадцать, а то и на пожизненное заключение.