Район мертвых

Позади них на высокой стене зала для брифинга раскинулись два громадных экрана: один отражал в режиме реального времени других участников совещания, второй предназначался для демонстрации текстового и графического контента. Из своих резиденций и рабочих кабинетов к видеосовещанию были подключены министр обороны Градов, глава службы внешней разведки Нагорный, главком сухопутными войсками Вавилов и начальник войск РХБЗ[10 - РХБЗ – войска радиационной, химической и биологической защиты.] Гаврилов.

– Алексей Петрович, вам слово.

– Предстоящие испытания, как и все, что с ними связано, в том числе данное совещание, проводятся в режиме строгой секретности. Не будем тянуть резину. Евгений Павлович, прошу вас. – Заведующий лабораторией генерал Сталь, высокий поджарый мужчина под шестьдесят с коротко постриженными седыми волосами, орденской планкой на форменном кителе и суровым морщинистым лицом сразу передал слово полковнику Россу, заведующему отделом разработки боевых химических веществ, коренастому человеку среднего роста в прямоугольных очках и белом халате поверх военного формы.

– Как вы знаете, человечество борется с эпидемией коронавируса. Ковид мутирует и не желает сдаваться. Появление нового штамма Омикрон, намного более заразного, а именно в 4—5 раз по сравнению с изначальной модификацией вируса, поставило правительства разных стран перед необходимостью усилить научную деятельность по разработке новой вакцины.

– Виктор Богданович, выражаем особую благодарность вам и Ведомству за хорошо проделанную работу. – Тучный, круглолицый Градов потянулся к микрофону и на секунду прервал Росса, обращаясь к главе службы внешней разведки. – Представьте отличившихся сотрудников к соответствующим наградам и премиям.

– Служу России, – ответил худощавый Нагорный, имеющий тонкие черты лица, интеллигентную внешность, сдержанные манеры и подозрительный взгляд.

– Продолжайте, Евгений Павлович. – Министр обороны снова откашлялся, почесав ногтями свой нос картошкой.

– Эксперименты над вакциной против нового штамма в одной из гражданских лабораторий США привели к неоднозначной реакции подопытных мышей.