Дятлов Посох. Книга вторая

 – Я сделала то, что вы просили и полагаю, что мы теперь в расчете.

– Насколько я помню, – произнес барон, оказывая на нее давление, – мы с вами вообще ни о чем не договаривались. Вы сами вызвались нам помочь, взамен на то, что мы закроем глаза на проделки вашей племянницы и не станем портить вашу репутацию. Но даже если вы и решили отыграть эту партию назад, то боюсь, что это уже невозможно.

Он посмотрел на нее холодным, непроницаемым взглядом, а его губы вытянулись в хищную ухмылку. Если бы он сейчас сидел бы где-нибудь в казино за карточном столом, то его выражение лица могло означать, что у него на руках все козыри.

– Что вы имеете в виду? – возмутилась Люба. У нее появилось нехорошее предчувствие о том, что ее снова переиграли.

– Дело в том, что тот артефакт, который вы помогли нам похитить привлек интерес представителей спецслужб и кое-кого еще из высоких властных государственных структур, – после этих слов Людвиг сделал многозначительную паузу, чтобы до нее дошла суть всего вышесказанного.

 – А это значит, что теперь этот артефакт будут искать. Надеюсь, вам не нужно объяснять, чем для вас это может обернуться.

При упоминании о спецслужбах Любе тут же поплохело. У нее пересохло в голе, пальцы крепко стиснули стакан, но сделать глоток она решилась, – не хотелось показывать Людвигу едва сдерживаемую дрожь в руках.

– Так что вы теперь, как и мы – в этом деле соучастница. И если нас всех поймают, то вас обвинят не в банальной краже, а в содействии иностранным резидентам в похищении бесценной реликвии, а возможно еще и в государственной измене.

Теперь вы отдаете себе отчет, чем вам это может грозить?

– Но ведь я… – взгляд гадалки заметался, ей стало душно, она оттянула ворот сорочки и проглотила подступивший к горлу ком. – … я же не знала. Я об этом даже не догадывалась. Вы…, вы использовали меня в темную и ни о чем меня не предупредили.

– Это вы будете доказывать следователю по особым делам или прокурору, – в тоне барона сквозило ледяное безразличие.

 – Но не рассчитывайте на снисхождение. К врагам государства закон суров. Насколько я знаю в вашей стране отменили высшую меру наказания. Но вот пожизненное заключение вам будет обеспечено. Но кстати, всего этого можно и избежать, если, конечно…

Тут он умышленно замолчал. И как учитель, уверенный в том, что ученик знает правильный ответ, подбадривающим жестом предложил ей закончить начатую им фразу.

– Если, конечно, что?!..