Копье Судьбы

 – Может, у вас особо скорая нигерийская чесотка?

– Зачем вы такое говорите, – обижается Вера, – я девушка чистая, вот справка.

– Семен, – говорит майор, – а ну покажи, шо там тебе обожгли.

Семен разжимает руки, и отделение видит, шо его пиписка алеет цветом закатного неба, когда завтра будет ветер.

«Шо вы сделали с нашим товарищем, грозно спрашивает майор Курков путану».

«Вы меня вынуждаете говорить правду, отвечает Вера. Ваш товарищ принудил меня к извращенной форме любви, по-английски “титифак”, а по-русски “в терку”.

В случае отказа он угрожал поместить меня в СИЗО, а я уже была один раз в вашем СИЗЕ, и мне туда больше не надо. Поэтому я согласилась, чтобы ваш товарищ на мне немного поерзал, и теперь он стонет от удовольствия оргазма».

– Какой-то странный оргазм… – чешет в затылке Курков.

– Это особый, пролонгированный оргазм с отложенным концом, – поясняет ему Вера.

– То-то, я и вижу, шо он отложил свой конец куда-то на сторону, – замечает майор. – А ну-ка, мадам, покажите, шо у вас в «терке».

– Да шо тут у мене может быть, кроме ассигнаций, – Вера разводит в стороны свои животрепещущие перси, увенчанные сосками цвета того коньяка, шо стоял у Сени в сейфе. При этом майор Курков замечает воспаленные пятна на ее беломраморной коже.

– И шо это у вас такое? – спрашивает он, видя, что межгрудная пятнистость Веры не уступает окрасу собак далматинской породы.

Тогда честная путана переходит в наступление.

– Вы спросите за это у своего подчиненного, это же не человек, а конь! Он растер мне всю грудь своим огромным cazzo! И это еще хорошо, что он не нашел презерватива, шобы использовать меня по прямому назначению, бо он разорвал бы меня напополам.

Сочувствую его жене, так ей и передайте! Нет, лучше я сама лично передам ей свое сочувствие!

Тут Вера начинает ругаться по-итальянски, плакать по-еврейски и сморкаться по-русски. Она угрожает написать заявление прокурору и требует снять отпечатки Сениного cazzo с ее измусоленных грудей. Как будто на залупе есть дактилоскопические линии! Если б их там было, ментам пришлось бы прокатывать не «пальчики», а «перчики», шоб им при этом икалось от смеха!

Обитатели хаты «5-4-7» смеются, свесившись со шконок.

Даже Гусь выглянул из-за занавески своей «каюты» и с интересом прислушивается.

Меж тем весть о воспламенении ментовской ментулы (по латыни это мужской половой орган, если кто не знает) от трения об грудных желез прокатился по всему областному Управлению МВД.