Останься

 – Только я это бесплатно сказал, а он тридцатку сорвал, представляешь? Может мне тоже механиком подрабатывать начать?

– Вообще-то мы на двадцатку с ним договаривались, – сказала Дженни и рассмеялась, когда Саймон дёрнулся в сторону. – Да шучу я, балбес.

Она шлёпнула его рукой по лбу.

Продолжая глядеть вглубь пустого гаража, Саймон потёр лоб, точно Дженни ударила его по-настоящему, а не в воспоминаниях.

Оказавшись в доме, он не мог найти себе места. Ложиться спать он не стал, несмотря на то, что был измотан как физически, так и эмоционально, – просто понимал, что ему это не удастся из-за пережитого стресса.

Есть даже не пытался – всё равно бы не смог проглотить и кусочка.

Телевизор и радио не работали. Выйти в интернет и отыскать какую-то информацию о случившемся там у него не получилось – загружалась только стартовая страница поисковика, но на любые запросы он лишь информировал о потере соединения. Помучив его минут десять фразами «Что случилось в Рош-Аинде», «Эвакуация в штате Рош-Аинд», «Новости Республики Дайяр» и им подобными, он нервно вбил в поисковую строку «Активировать протокол самоуничтожения», захлопнул ноутбук и запустил его в стену.

Осколки пластика разлетаются по комнате. Вывалившийся аккумулятор падает на полку. Он раскидывает разноцветные флакончики, склянки и коробочки. Пара из них срывается на пол. Одна открывается, выплёскивает наружу содержимое. Комнату тут же заполняет запах любимых духов Дженни – что-то древесное, отдалённо напоминающее бумагу.

Саймон пинает флакон в коридор, и тот катится вниз по лестнице. Дорф смахивает с полки то, что на ней осталось. Срывает её с крепления и колотит ею стены. Проламывается гипсокартон. Слетают рамки с фотографиями, светильники-ракушки и выключатели.

Тяжело дыша, Саймон наклонился, чтобы поднять ноутбук, и опешил. Вокруг была полностью разнесённая комната с перевёрнутой постелью, разломанными прикроватными тумбочками и поваленным выпотрошенным шкафом. Дорф не сразу понял, что всё это – его рук дело.

Он сполз по крошащейся изломанной стене на пол в груду вещей Дженни и поднял содрогаемыми тремором руками её кружку. Лицо Саймона было липким от слёз, кожа на кулаках сбита, правое запястье саднило – видно, на очередном ударе он вывернул кисть.

Дорф утёр нос предплечьем, с трудом встал и, спотыкаясь об обломки мебели, кое-как вышел из комнаты. Он доковылял до прихожей, аккуратно вернул кружку на её законное место и пошёл на кухню.