Останься

], рецепт на который собственноручно подписывал, когда было уже поздно даже для детектрафирования[10 - Детектрафирование – метод лечения путём внедрения в организм больного благотворных телец, способствующих омоложению поражённых тканей.]. И всё же для них обоих это была последняя надежда.

«Фрэнсис… Два года уже прошло…» – думал он, глядя на её инвалидное кресло, которое Алан по какой-то причине за это время не удосужился прибрать вместе с лекарствами. – «Да что не так с Аланом?».

Постель была плохо заправлена.

Саймон заглянул под кровать. Пусто. Лишь две пары тапочек. Поднявшись, он подошёл к соседней комнате. Что в ней? Он не знал. Никогда не бывал в этой комнате. Толкнул дверь, но она не поддалась. Тогда он потянул ручку на себя и вновь обомлел. Закрыл дверь. Снова открыл. Без изменений. Прямо за дверной коробкой продолжалась стена, оклеенная песочными обоями. Будто Алан просто присобачил дверь петлями к стене и аккуратно подогнал белый деревянный молдинг вокруг неё. Зачем это было делать? Он постучал по стене за дверью, но она была плотной, ничем не отличалось от остальных стен.

Саймон со всего маху захлопнул дверь, обстучал ладони друг об друга, стряхивая воображаемую пыль и, насвистывая под нос, чтобы отвлечь себя от ненужных размышлений, спустился вниз. Снова эта ёлка. Ему вновь стало не по себе при её виде. Он ощупал хвою и к своему ужасу понял, что она не искусственная. Понюхал руку. Точно, натуральная. Пощёлкал режимами гирлянды, выбрав медленное угасание, а затем вышел на улицу.

«Так», – рассуждал он. – «Кто-то из нас двоих с Аланом точно сошёл с ума… Господи, да проснись же!».

Дорф крепко зажмурился и отвесил себе такую оплеуху, что щека мигом онемела, а в ухе зазвенело.

– О-о-ох, мать… – Он перевёл дыхание.

Нет, это всё не сон, всё очень даже взаправду. Окинув улицу взглядом, Саймон пришёл к выводу, что остальные дома тоже пусты. Что ж, соседи исчезли. Что дальше? Он вышиб ногой калитку и уселся в свою машину. Двигатель взревел.

Разгоняя автомобиль, Дорф безрезультатно продолжал попытки дозвониться маме Дженни. В том, что люди исчезли в Рош-Аинде, сомневаться больше не приходилось – улицы по-прежнему оставались пустынными, а дома, мимо которых он проносился – безжизненными.

Молчащие телефоны были плохим знаком, но всё же он надеялся, что люди покинули только Рош-Аинд. Всё, на что натыкался его взгляд, говорило в пользу его версии – жители не исчезли, а просто ушли.