Боец 2: Лихие 90-е

– Брат, ты давай, велосипед не придумывай. Мужик честный, нечего его кидать на бабки с порога, – объяснил я бандиту. – Зауру завтра о точке новой расскажем, а там – ставить его на бабки или нет, не нам решать.

– Че не нам-то? – от души возмутился Муха. – Он тут бабки в своих гаражах лопатой гребет, а делиться – не делится.

– Ну вот Заур и скажет, с кем и сколько, лады? А пока сколько мастер скажет, столько заплатим, ты же хочешь, чтобы нам тачку к вечеру сделали? Вот и я тоже хочу.

Мой помощничек, видимо, вспомнил, как грозен был Заур из-за тачки, и немного примолк.

– Вот хрен его знает, я бы его прессанул, – произнес Муха уже не так решительно, затылок поскреб, задумчиво оглядывая гаражи мастерской.

– Скажут прессануть – прессанем, сейчас же не будем самоуправством заниматься, – заключил я.

– Как скажешь, брат, – тут он вдруг хитро прищурился: – А если Заур предъявит, что это мы чинилу сразу на бабки не поставили?

– Вот когда спросит, тогда я и отвечу.

Мухе было нечего возразить.

С моими аргументами он согласился. Я же не хотел слесаря напрягать с порога. Мужик простой, у него по жизни без крышевания проблем хватает, не от хорошей долив мазуте ковыряется. Кладбищенские же и без его подгона проживут. Так что рассказывать Зауру об этом кустарном сервисе на самом деле я вовсе не собирался.

Слесарь уже свистнул своих ребят к «девятке», проводил своеобразную летучку – с какой стороны к тачке подойти, как начать да чем закончить. По-любому, наш разговор с Мухой слышал, потому что расслабился сразу – пронесло.

– Во сколько приходить-то за тачкой? – уточнил я.

– Часикам к восьми закончим.

На том и порешали. По сути, нас с пацанами здесь уже ничего не держало, и я хотел им предложить пойти какую-нибудь кафешку найти поблизости, дабы брюхо набить, а то жрать больно охота. Но задержался, заинтересовался «Москвичом», который, судя по всему, умельцы решили разобрать на запчасти. По крайней мере, решили двигатель снять. Я подошел ближе, на работу взглянул и быстро смекнул, чем на самом деле слесаря тут занимаются.

Из инструмента, что оставил слесарь, ковырявшийся в «Москвиче», тут лежали «цифры», там же кучка шарошек разной формы.

Хе-хе, вот тебе и криминал, недалеко тут от моих пацанов ушли. Болванки-клейма забрякали под моими пальцами. На бабки, может, никого народ здесь не ставит, но судя по тому, что я вижу – обувают по-черному. Номер двигателя мастера перебивали, и явно делали такое не впервые.