Боец 2: Лихие 90-е

Понятное дело, именно за такой помощью я и обратился к алкашам, смекая, что следом за бабой цыганской мужики придут. Пришлось мужикам еще целых три бутылки водки пообещать, ну ничего – заслужили.

Третий алкаш, поднявшийся со скамейки в беседке, меж тем последовал за троицей ромалов в подъезд. Я, выйдя из телефонной будки, крался следом, жестом показывая Максу, чтобы он шел со мной. Цыган трое, нас тоже – пусть будет для равного счета.

У подъезда мы встретились, внутрь зашли. Алкаши на лицо маски надели по моей просьбе – то есть, футболки свои на голову намотали.

Я тоже решил лицо спрятать – мою внешность эти зелибобы если и помнили, то наверняка смутно. Дело-то в темной рыночной подворотне происходило.

Втроем мы поднялись на второй этаж. Цыгане уже зашли в квартиру, по-хозяйски так и без стука, желая меня застать врасплох. Дверь я оставил открытой, чтобы этим товарищам не пришло в голову ничего ломать, а то мне потом еще хозяйка пистонов вставит. Возни с мебелью мне вполне хватит.

А вот хренушки им вместо десерта.

Я с подкреплением проник в квартиру следом, закрыл за собой дверь и дважды провернул ключ в замке. Цыгане к этому моменту разбрелись по помещению – один в зал пошел, другой в ванную, третий на кухню. Искали, куда я запропастился, чтобы счеты свести. И когда замок щелкнул, отделяя нас шестерых от остального мира, эти бедолаги разом обернулись на звук.

Глаза у гостя на лоб полезли от изумления – мало того, что я не один был, так еще и мы на такую «случайную» встречу мы не с пустыми руками пришли, в масках.

У Макса прутик в руках металлический припасен, у второго алкаша черенок заготовлен. Я только налегке – падл этих голыми руками передушу.

– Здорово, проказники. Что, никого нет дома?

– Ты кто такой?

– Дед Пихто.

Продолжить диалог собеседники не успели. Я говорил эти слова, уже подступая к тому самому раненому ублюдку, мало ему, заразе, прилетело тогда на рынке. Еще хочет добавочки.

Хлюп.

Это так нос у него отреагировал, когда я с размаху ему лбом по переносице врезал.

Резко подошел и вмазал. Больно, сука, да? Знаю, что больно, но это я еще базар не начинал. Цыган зашипел, падая на пол и пряча морду в ладонях. Из кармана у него нож торчал, которым он как раз со мной вопрос собрался решать.

Макс со своим корешем принялись обхаживать черенком и прутком двух других козлов. Удар у алкашей был крепкий, за второго адепта не знаю, но Максимка-то прежде на заводе работал, железяки таскал.