Трансформация

А ошибка в расчетах и привела к заточению в таком необычном узилище.

Как раз за два дня до своего исчезновения им был убит на дуэли Шасс Кул. Между прочим, наследный принц клана Кровь Древних – очень влиятельная фигура в те далекие от нас времена. По моему разумению и собранной информации высшая знать в случае с Трилистом решила наконец наплевать на этикет и разделаться с ним скопом.

Ярослав хмыкнул и перебил говорившую:

– Ева, клан Кровь Древних и сейчас существует. Извини, что перебил. Продолжай, пожалуйста.

– Да, хозяин, и все так же влиятелен. И конечно они будут мстить Трилисту, если узнают о его возвращении.

Кстати, хозяин, вы можете получить целое состояние, очень большое состояние, продав запись вашего разговора с Трилистом. Кровь Древних еще те безумцы, помешанные на своем величии и гордыне. По правде сказать, очень опасный клан, но платят всегда щедро. А за такую информацию, по моим прикидкам – и вовсе озолотят.

– У нас и запись есть? – удивился Яр.

– Конечно, и у вас, и у меня.

– Ну не убил же, так что просчиталась твоя логика. И продавать мы ничего не будем. А для верности…Уничтожить запись, сейчас же, выполняй! – приказал Яр.

– И вашу, и мою, хозяин?

– Да, давай, и не искушай меня.

– Выполнено. Вы – удивительный! – сказала Ева, внимательно разглядывая Яра, будто увидела его впервые. – Подавляющее большинство разумных Пояса Планет поступили бы по-другому.

– А мне-то что до них, убогих? Предатели у нас не в почете. Вот как ты себе это представляешь: я напрашиваюсь в ученики, но и часа не проходит, как предаю своего, возможно, будущего учителя? Предателей все ненавидят, да и сами предатели себя тоже не жалуют, и заканчивают они всегда одинаково – или в яме где-нибудь на обочине дороги, или в забвении, что еще хуже. А то, что мы в живых остались – у меня на этот счет свое мнение. Не будь такой наивной, Ева, ты меня удивляешь.

Где-то в пустоте рядом откровенно громко заржали.

– Не знаю, кто такой котенок и что такое капец, но порадовал ты меня, Яр Темный, порадовал. Теперь все, ухожу, – сказала пустота. – Давай, отрок, открывай старику двери этой крепости на колесах.