Нам здесь жить

Тогда и с этим, – он кивнул на неуклюжие железные полосы, – какие-то приемы бы освоили, а так не вижу смысла. Посему давай-ка лучше займемся тем, что умеем.

И их последующие тренировки заключались исключительно в рукопашке, в метании ножей, да еще… в работе с нунчаками. И ножи, и нунчаки, как горделиво заметил Петр, он изготовил самолично. Улан с подозрением покосился на друга и тот, засмущавшись, слегка поправился.

– Ну и Горыня, конечно, немного поучаствовал.

– Понятно, – вздохнул Улан и, со скептическим видом осмотрев их, попробовал в деле.

Через минуту вынес вердикт: – С точки зрения эстетики, не ахти, но как боевое оружие и то, и другое – вполне. И баланс у ножей хороший. Чувствуется, что ты Горыней руководил.

Время для занятий они отвели до обеда, после чего Улан уходил в лес на проверку расставленных Заряницей лесных ловушек. Возвращался он обычно ближе к вечеру и частенько с добычей.

Ну а когда Заряница, накормив друзей ужином, уходила к себе в избу, наступало время для тайной работы – установки оптики на карабин.

На этом настоял Сангре, заявивший, что никому не ведомо, как у них все сложится в дальнейшем и когда им понадобится полностью оборудованный СКС, а посему…

Он же заявил, что самолично займется изготовлением инструментов, в смысле отверток, без коих прикрепить к ложу СКС кронштейн нечего было и думать. Заодно откует и петли для футляра карабина. Сам футляр Улан к этому времени почти закончил вырезать из липового ствола, ухлопав на это добрый десяток вечеров.

От помощи друга Петр почему-то отказался. Поначалу тот не придал этому значения, но когда Сангре завел какой-то разговор с Заряницей, поминутно оглядываясь по сторонам, и резко оборвал его, завидев Улана, тот заподозрил неладное. Заслышав раздающиеся из кузни звонкие веселые удары молота, он незаметно подкрался к двери, осторожно заглянул внутрь, и ему тут же стал понятен отказ Петра от помощи. Все дело было в уязвленном самолюбии, поскольку в роли кузнеца выступала Заряница, а в роли подмастерья – раскрасневшийся Сангре, на удивление послушно выполнявший все распоряжения юной кузнечихи.

Полюбовавшись пару минут необычным зрелищем, Буланов хмыкнул и чуть ли не на цыпочках удалился обратно в избу.

Изготовленные Заряницей петли подошли к футляру как нельзя лучше, да и отвертки оказались хоть и неказистыми на вид, но вполне приемлемыми для работы, и вскоре оптику надежно прикрепили к карабину.