Нам здесь жить

А что еще слышал из… ну-у… местных новостей?

Сангре сокрушенно развел руками.

– Народ темный, так что про остальные княжества у меня информации ноль. Разве про козни какого-то Юрия Даниловича рассказали. Это московский князь, но его в этом году хан Золотой орды в Великие Владимирские воспроизвел, причем по блату, поскольку свою родную сестричку за него замуж выдал. Да и то знают о нем, поскольку у него с местным тверским большие разборки идут, но через почему, они понятия не имеют, – он невесело усмехнулся и подвел итог.

 – Словом, мы с тобой в четырнадцатом веке, старина. Если совсем точно, то ныне месяц ноябрь лета шесть тысяч восемьсот двадцать пятого от сотворения мира. – Улан нахмурился, морща лоб, но Петр остановил его. – Да не трудись с подсчетами, я их уже проделал. От рождества Христова получается тысяча триста семнадцатый год.

– Все равно… не верю.

– Ну-у, время у тебя, пока лежишь, имеется, вот и попробуй на досуге подыскать другое объяснение, – предложил Сангре. – У меня-то основной источник знаний – художественная литература, да и то не сказать чтоб в огромном количестве, а ты, помнится, перед тем, как историю России в Академии сдавать, всерьез учебники штудировал.

Кстати, а откуда взялся этот московский князь Юрий Данилович и где Иван Калита? – поинтересовался он.

– Юрий – старший брат Ивана. Негодяй отпетый, клейма негде ставить, а Калита… Он придет к власти после смерти Юрия, – рассеянно пояснил Улан.

– Понятно, – кивнул Петр и устало махнул рукой. – Ладно, об остальном попозжей перетолкуем, скажем, через недельку, когда совсем оклемаешься, а пока лежи, выздоравливай, а я побежал.

– Далеко?

– Надо идти Горыне в кузне помогать. У него завтра профессиональный праздник – Кузьмы и Демьяна, то бишь его покровителей, по нашему День кузнеца получается, а работы срочной куча и нужно успеть ее всю за сегодня переделать. А ты думай, старина, крепко думай…

Едва за Петром закрылась дверь, Улан закрыл глаза, но обмозговать приключившееся с ними не получалось.

Рассудок и логика вкупе со здравым смыслом упрямо отторгали произошедшее, не желая примириться с ним.

Неожиданно в памяти всплыло карточное предсказание. Странно, но сбылось оно в точности. И забвенье прошлого, и перемена жизни, да еще какая крутая перемена. Вот и не верь после этого в гадания. Правда, Петр говорил что-то о приятной поездке или отпуске в очаровательном месте вкупе с весельем, но это можно отнести на счет своеобразного карточного юмора.