И залпы башенных орудий…

Было тепло и сыро, но Середа сразу пожалел, что вышел без скафандра и, главное, без шлема, – пахло гарью, несло мертвечиной, нос забивало душным запахом пережженного грунта. От гарнизона ничего не осталось, только покореженные жаром костяки куполов пыжили радиусы из земли, заляпанной стекшим пластиком. А городок, в котором жили, учились и работали более тысячи людей, свелся к двум-трем капонирам в центре. Жилые дома снесло плазмой, по обгорелым пенькам угадывались насаждения, а ближе к центру начали попадаться обгоревшие трупы.

– Что ж вы творите, гады… – просипел Копаныгин. – Жабы…

– Пойдем, глянем у главного здания, – хмуро произнес Середа.

Здание, самое первое и самое большое, было цело, даже окна не расплавились.

– Там кто-то есть! – крикнул Копаныгин.

Из главного входа вышел человек в тонком одеянии вроде блестящего черного трико и замахал белой тряпкой.

– Не стрелять! – на всякий случай сказал Копаныгин.

Человек приблизился. Был он долговяз, выгоревшие волосы его торчали щеткой над длинным коричневым лицом.

– Кто вы?! – крикнул он.

– На борт давай! – резко ответил Середа. – Спрашивать он еще будет!

– Да откуда ж я знаю, что вы свой?! – плачущим голосом откликнулся парламентер.

– А у вас что, – усмехнулся Виктор, – есть выбор?

– Вы правы… – покорился долговязый и представился: – Координатор Бюро межпланетных отношений на планете Алта Жерар Москвичев.

– Собирайте всех, Жеже! Да, и пусть эти доблестные пушкари загоняют свои звездолеты в ангары! Миша, распорядись!

Копаныгин вытащил из кармана стержень коммуникатора и скомандовал:

– Федосеев! Отворяй второй и третий шлюзы!

– Айн момент! – послышался писклявый ответ, и в днище диска образовались два отверстия, тут же окаймившиеся зелеными огнями.

– Всем «Призракам»! – заговорил в радиофон планетарный координатор. – ПМП деактивировать! Следуйте, куда вам было сказано!

Один из конусов послушался сразу – он бесшумно поднялся, а под самым днищем крейсера его подхватил гравизахват и втянул в док.

– У вас много людей? – спросил Середа.

– Четыреста… – вздохнул Москвичев и тут же поправился: – Триста двадцать шесть человек и семьдесят два кхацкха. Это беженцы с Биссеры, их корабль был подбит и едва смог финишировать… Отсюда его не видно.

– Понял, – кивнул Середа. – Давайте всех на борт, и в темпе! Места у нас много! Раненые есть?

– Человек двадцать, – ответил приободрившийся координатор, начавший верить в неожиданное спасение.