Хроники Амарота. Изменник

Если откроем ворота, то рискуем безопасностью всего форта и гарнизона!

– Виктор, я, кажется, отдал приказ, – тихо произнес магистр, и в его голубых глазах сверкнула непреклонная решимость.

Виктор обреченно вздохнул и распорядился выолнять. Один из воинов со всех ног бросился вниз.

– Это безумие! Возьмите с собой хотя бы отряд воинов.

– Они будут только обузой! – ответил через плечо магистр, быстро спускаясь по лестнице.

Охрана у ворот уже подняла решетку и опускала мост. Два рослых воина едва сдерживали рвущегося ранга.

– Осторожно, господин магистр, он еще совсем дикий, – запыхавшись, предупредил один из них.

Магистр перехватил стальную цепочку поводьев и одним прыжком оседлал вставшего на дыбы скакуна. Удерживавшие его воины бросились в разные стороны. Ранг заплясал на месте, пытаясь скинуть с себя наездника, но магистр, казалось, прирос к седлу.

– Дайте мне меч! – приказал он.

Стоявший ближе всех воин выхватил из ножен длинный клинок и подбросил его вверх. Магистр вытянул руку, клинок сверкнул в воздухе и лег точно в раскрытую ладонь.

Ворота опустились с глухим стуком. Магистр ослабил натянутые до предела поводья, и ранг галопом устремился к выходу. Преодолев мост двумя огромными прыжками, вырвался на равнину и с бешеной скоростью устремился вперед. Он был отловлен совсем недавно и еще помнил бескрайние степи, по которым бродил со своими сородичами; сейчас ему казалось, что он вновь обрел свободу.

Острые когти били по земле, кости вперемешку с землей и камнями летели из-под длинных мускулистых ног.

Все столпились на стене, в гробовой тишине глядя на удаляющегося всадника.

– Он просто безумец! – прошептал кто-то.

Солнечный диск почти опустился за горизонт. В багровом свете казалось, что не человек, а красный призрак с развевающимися волосами несется в океане пламени.

Сумрачная стена быстро приближалась. Магистр натянул поводья, направляя ранга чуть в сторону. Уже можно было хорошо рассмотреть ребенка.

Наконец он отбросил надоевшую игрушку, поднял голову и без всякого страха посмотрел на выросшего перед ним всадника. Ребенку было года три-четыре. Черные спутанные волосы, большие темные глаза. Бледное лицо перепачкано серой пылью. На мальчике была грубая холщовая одежда.