Целитель – 6

 – У нас комсомольское собрание!

– Так цэ у вас! – подал голос развеселый хохол Петренко. – А нас за шо?

– Разговорчики! – строго прикрикнул Лёвин, выходя к доске, размалеванной математической каббалистикой.

– Нашли время! – раздался одинокий голос, исполненный безнадёги.

– Мы должны выбрать секретаря собрания, – бодро продолжил комсорг, не обращая внимания на несознательных. – Будут предложения?

– Предлагаю Аню Синицыну, – пробубнил кто-то с первых рядов.

– Кто за кандидатуру Анны Синицыной, прошу поднять руки! Кто против? Единогласно!

Хрупкая и юркая «Синичка» спорхнула по ступенькам и заняла свое место за основательным, монументальным столом, деловито раскрыв потрепанную тетрадь с черновиками протоколов.

– В повестке всего один вопрос, – снисходительно улыбнулся Лёвин, проявляя чуткость к людским слабостям. – Нам необходимо составить перспективный план работы комсомольской организации факультета, а также календарный план и план-сетку. На бюро было решено учесть инициативу снизу…

Я сидел в третьем ряду и с интересом наблюдал за привычным действом.

От беспокойных мыслей складочка запала на переносице. Как же повезло моему поколению – и октябрятские звездочки носили, и красные галстуки, и комсомольские значки! Надо было испробовать буржуазной демократии, нахлебаться свобод, чтобы оценить утраченные скрепы.

Есть такой логический прием – доказательство от противного.

Потомки нынешних октябрят, рожденные в обществе купли-продажи, будут лишены драгоценного чувства товарищества. До них, закоренелых индивидуалистов, просто не дойдет, как можно радоваться общему, а не личному успеху. Воспитанные Интернетом и «независимыми», то бишь брехливыми СМИ, они выставят превыше всего свои права, глумясь над замшелым понятием долга.

Как им объяснишь, что хваленое «свободное общество» всего лишь толпа пыжащихся одиночек, несчастных людских атомов? Да никак…

А ведь распад социума уже запущен. Даже комсомольцы с пионерами теряют былой свой дерзкий энтузиазм, подменяя идеалы ритуалами. Встряхнуть бы их, что ли…

Тихонько приоткрылась дверь, впуская Григория Алексеевича, завкафедрой и члена парткома факультета.