Багатур

Сухов вытерпел прижигание калёным железом, а в Киеве Пончик обработал рану по всем правилам.

– И чтоб никаких купаний! – строго наказал Александр, меняя повязку. – Понял?

– Во?от… – подхватил Олег, поглядывая за ловкими пальцами Шурика, накладывавшими пахучую мазь и аккуратно обматывавшими раненую руку чистой холстиной, порванной на ленты и прокипячённой в целебном растворе.

– Как там Переяславль? – спросил Пончик.

– Деревня, – коротко ответил Сухов. – Правда, каменная баня есть. Прям как терма.

При упоминании о термах Шурик вздохнул украдкой.

Олег приметил этот момент, но ничего не сказал – ему и самому порой становилось паршиво. Только вспомнишь об Алёне – и понеслось… Столько сразу наваливается всего, памятного, дорогого – и утраченного безвозвратно. Как тут не посчитать жизнь поганкой?

Пончик закончил с перевязкой, полюбовался делом своих рук и велел Олегу одеваться. Сухов осторожно натянул через голову шёлковую рубаху с богатой вышивкой у ворота и привалился спиною к стене – толстые дубовые брёвна удобно подпирали тело.

Сощурившись, огляделся. Широкий Днепр переливается на солнце. Камыши шуршат, листья молодые шелестят, хор девичий зачинает распевку… Хорошо!

– Неуютно мне в Киеве, – неожиданно выпалил Шурик, – неприятно. Угу…

– С чего это вдруг? – удивился Олег.

– Да не вдруг… По всей Руси князья дерутся, а тут, на юге, и вовсе лютуют – настоящая гражданская война идёт. А Орда всё ближе… Батый ныне в поход на буртасов[78 - Народ, населявший в описываемый период территорию нынешней Пензенской области.

Этническая и языковая принадлежность буртасов до настоящего времени не выяснена. После опустошительного нашествия Батыя буртасы в течение короткого времени сходят с исторической сцены.] собирается, на мордву… Угу.

– Откуда знаешь? – насторожился Сухов.

– Половец один рассказывал. Говорит, хан ихний, Котян Сутоевич, уходит потихоньку из донских степей. Уже и послов своих к венгерскому королю засылал, чтобы в те земли переселиться.

Король Бела поставил условие – всем креститься, и Котян согласился…

Олег присвистнул.

– Да?а… – протянул он. – Видать, прижало хана крепко.

– То?то и оно! – воскликнул Пончик. – Скоро и нас прижмёт, да так, что ни вздохнуть ни охнуть! А князья, вместо того чтобы оборону крепить против общего врага, сживают друг друга со свету!

– Да?а… – повторил Сухов. – Знаешь, кого я сейчас вспомнил? Вана. Помнишь такого?

– Ван? – наморщил лоб Пончик.