Алгоритм судьбы

Вот и ладушки…

Пеккала резким движением вмял окурок в пепельницу и встал. Посмотрел на портрет Дзержинского, перевёл взгляд на изображение президента. Усмехнулся. «Сволочь брыластая… Понимает, сволочь, что без предиктора ему на выборах делать нечего!»

За провал операции Клочков ничего ему не сделает, даже в звании не понизит. Но дорожку наверх перекроет наглухо – не дорастёт Алек Пеккала до премьерского кресла. Значит, и президентство ему не светит. Сволочь…

Но погодим пока ругаться и снимать себя с ответственных постов.

Операция продолжается. Перехват в столице ничего не дал, все пятеро ушли, но куда им деваться? Это только кажется, что Евразия велика – начнёшь рыть по-хорошему, и каждый человечишка на виду будет.

Начальник ККНИ подошёл к селектору и нажал клавишу.

– Гуннара Богессена ко мне, – приказал он. Голосом прохладным и бесстрастным. – Живо.

Это тоже было в его манере – никогда не повышать голоса. И, надо сказать, манера сия действовала почище начальственных криков с визгами и брызгами слюны.

Вот, пожалуйста, минуты не прошло, а уже скребутся в дверь.

– Да, – позволил он входившему перешагнуть порог.

Вошедший оказался усатеньким светловолосым молодчиком лет тридцати. Молодчик преданно вытаращился и доложил:

– Инспектор Богессен по вашему приказанию…

Пеккала оборвал его движением руки.

– Следы пятерых найдены? – спросил он, с неприятным удивлением обнаруживая в себе замирание.

– Так точно! – отчеканил Гуннар.

– Ага! – каркнул Алек. – Где и что?

– Вся группа скрывалась в доме-городе «Норд Адлер», – доложил Богессен.

 – Задействовав землеройную технику, оставленную строителями, они прорвались к автоярусу «Север – Центр», проникли на 14-й склад и скорее всего выехали на одном из грузовиков. Мой подотдел в настоящее время рассматривает варианты.

– Друзья, любовницы и любовники, родные и близкие – их проверяли?

– Тут имеются сложности, – признался инспектор. – Все члены группы не женаты, Маргарита Ефимова не замужем. Из родственников… Наличествует престарелый дед Тимофея Кнурова, Михаил Елизарович, но он в настоящее время путешествует.

По Африке.

– М-да… – только и выговорил Пеккала. – А остальные?

– Жива мать Бирского, Елизавета Григорьевна. Проживает в Париже, но по месту регистрации отсутствует. Отец Сергея Гоцкало, Панас Иванович, жив, но… хм… нездоров. Увлёкся на старости лет виртуальной реальностью и заработал выпадение личности – шесть дней не отключался от компьютера.