Пещера

Мы кажемся себе порой бесконечными существами, но на самом деле небольшая армия роботов может поддерживать нас в неплохом состоянии духа. Так долго, как мы того желаем. И разве можно упрекнуть живое существо в желании растянуть своё существование в бесконечность? Мы счастливы большей частью, этого у нас не отнять, однако мудрость цивилизации здесь абсолютно ни при чём.

Иногда некоторых из нас вдруг одолевает сумасшествие. Дописываю письмо в прескверном настроении. Круглолицая вдруг исчезла, я не знаю, где она и что делает.

Пусть Время откроет тебе свои секреты.

OО.

*

– Вы один? – медсестра подняла на него удивлённые накрашенные глаза.

– Один.

Молодая, ухоженная. Такая не пустит мужа одного. Никуда. И ничего от неё не скроешь. В теле. Никакой интриги. Банальный запах зрелой плоти. Без одежды выглядела бы значительно интересней. Если не прячет складки на талии.

– Вы замужем?

Он удивился не меньше её своему вопросу. Первый раз в жизни, наверно, позволил себе такой вопрос к незнакомой женщине.

– Да, я замужем. А вы женаты?

– Женат.

– Как же вас жена отпустила одного?

Сам напросился.

– Она не знает.

– Не знает? – настоящее удивление. – Хорошо. Пройдите, пожалуйста, со мной в эту комнату, – она показала рукой.

Через пятнадцать минут он сидел на стуле в одном больничном халате, ожидая прихода врача. Ещё через двадцать минут он был под наркозом, над его телом молча работали три фигуры в белых халатах, с повязками на лицах.

Когда он очнулся, его напоили соком, оставили одного одеться, проинструктировали, что повязку можно будет снять вечером, и отпустили домой. Предварительно сообщив, что результаты пробы будут через неделю. Он вышел на улицу в слепящее закатное солнце и зашагал домой, раздумывая о том, как спрятать повязку от жены, отгоняя другие, тревожные мысли, от которых в такой день бесполезно стараться избавиться совсем.

Он решил пройти пешком десять остановок до дома. Погода хорошая, и не нужно будет объяснять, почему рано с работы. Центральная улица уже оживилась в приближении часа пик, в ноздри проникал запах выхлопа. На лицах толпящихся на остановках людей нетерпение и обречённость. Проходя мимо очередной остановки, он попытался выхватить лицо, фигурку. Ну да. Накатило ощущение бессмысленности всего вокруг и внутри. Он поднял глаза к солнцу.