Убежище чужих тайн

 – Новый следователь, как говорили знающие люди, получил кучу денег от Мокроусова и от Кочубеев. Это он и придумал версию о слугах, которые могли убить Луизу Леман. Он из кожи вон лез, чтобы обвинить то одного, то другого, но всякий раз что-то не сходилось. А главное, – мстительно прибавил дядюшка Амалии, – он ничего не мог поделать с показаниями нашего слуги Якова, которые Курсин записал и подшил к делу, так что отмахнуться от них было нельзя.

– И что сообщил ваш Яков? – быстро спросила Луиза.

– Он видел, как Сергей Петрович Мокроусов в сумерках вытаскивал из дома нечто тяжелое, завернутое в одеяло, – мрачно сказала Аделаида.

Глава 2. Дела давно минувших дней

– Мой отец? – тихо спросила Луиза.

Казимир сделал выразительную гримасу, показывая, что лично он в этом не сомневается.

– Это была вовсе не единственная улика, – добавила Аделаида. – Ведь господин Курсин нашел множество доказательств того, что Надежда Кочубей и Мокроусов были замешаны в убийстве. Но следователю не дали довести расследование до конца.

– И чем же все закончилось? – вмешалась Амалия. – Странно, я совсем не помню это дело…

– Как ты можешь это помнить, если ты тогда только начала ходить? – засмеялась Аделаида Станиславовна.

– Но ведь преступление было громкое, его наверняка обсуждали и гораздо позже…

– Обсуждали, – кивнула мать, – года три обсуждали, пока тянулось следствие, но за это время оно всем порядком надоело. Хотя, когда посадили Мокроусова, все оживились…

– О! Так его все-таки посадили?

– Не по приговору суда, а только в предварительное заключение. Чтобы он не убежал за границу, как его любовница. И то, послушать Сергея Петровича, так власть подвергла его немыслимым притеснениям…

– Хуже ссылки в Сибирь, – хмыкнул Казимирчик, блестя глазами.

– И вообще все враги сплотились, чтобы его уничтожить. Если верить господину Мокроусову, так и Луизу зарезали исключительно для того, чтобы ему досадить…

– Мама! – Амалия нахмурилась, взглядом указывая на притихшую девушку в коричневом платье. – Ты так и не сказала, как ему удалось выкрутиться, если все было против него.