Вуаль из солнечных лучей

– И больше вы ничего не заметили?

– Может быть, вы мне скажете, что происходит? – вопросом на вопрос ответила баронесса Корф. – Вы говорите о Сергее Васильевиче, выпытываете подробности нашей с ним встречи… Мне бы хотелось все-таки понять, к чему все это, потому что тогда мне будет гораздо проще вам помочь.

– К чему все это, – эхом повторил Осетров и с обманчиво рассеянным видом побарабанил пальцами по столу. Амалия, однако, видела, что ее собеседник собран, сосредоточен и лишь мысленно прикидывает, какой ему тактики держаться.

Невольно ее охватила тревога. – К чему, к чему… Боюсь, сударыня, что у нас проблемы.

– У нас?

– Да, у Особой службы, у вас, у меня и… Словом, у всех.

– Насколько они серьезны?

– Пока не знаю. Дело в том, что Ломов исчез.

И он впился взглядом в ее лицо, подстерегая малейшее изменение в его выражении. Но Амалия так удивилась, что, не сдержавшись, выпалила:

– Не может быть!

– Чего не может быть, сударыня? – с убийственным сарказмом поинтересовался ее собеседник.

– Я хочу сказать, – пробормотала Амалия, нервничая, – что… что это совсем не в духе Сергея Васильевича. Я имею в виду…

– Тут, как ни странно, я соглашусь с вами, – сжалился над ней Осетров. – Впрочем, у нас есть основания считать, что его исчезновение… оно, так сказать, произошло не вполне… не вполне, кхм, добровольным путем.

– Вы хотите сказать, что его похитили?

– Не так категорично, сударыня, – поморщился резидент.

 – Скажите-ка мне лучше вот что: в Испании вы получали какие-нибудь известия от Ломова?

– Нет.

– Вы уверены?

– Нет нужды задавать мне подобный вопрос. Разумеется, я уверена, коль скоро сказала «нет».

– А вам, случаем, неизвестно, что Ломов делал в Париже после того, как вы оттуда уехали?

– Насколько я знаю, у Сергея Васильевича не было в Париже никаких дел, – с неудовольствием ответила Амалия. – Он должен был вернуться в Петербург.

– И сесть на Северный экспресс как раз в тот день, когда вы отправились в Испанию на Южном [3 - Северный экспресс (Норд экспресс) с мая 1896 года связывал Париж с Петербургом.

Южный экспресс шел из Парижа в Лиссабон через Мадрид.], – подхватил Осетров. Его глаза сверкнули. – Однако господин Ломов опоздал на экспресс, потому что, представьте себе, запил.

– Плохо, – пробормотала баронесса Корф, передернув плечами. – В такой профессии, как наша, это серьезная ошибка.