Театральная площадь

– Ваш сын общался с кем-то из соседей?

На лице Виноградовой отразилось нечто вроде паники, и, тщательно подбирая слова, она стала объяснять, что ее Павлик – натура артистическая, а соседи… они, как бы сказать… хорошие люди, но…

– Я все же поговорю с ними, – объявил Опалин, поднимаясь с места.

И он пошел по комнатам, в которых обнаружились шофер, рабочий ночной смены, бывший присяжный поверенный, три особы неопределенных занятий, одна маникюрша, пожилая пара, одна черепаха, немолодая гражданка с шалью (та самая, что сначала включала радио, а затем патефон) и несколько детей разного возраста.

Опалин разговорил всех, кроме черепахи, и узнал массу подробностей как о житье-бытье Виноградовых, так и о пропавшем Павлике. Большинство сходилось на том, что Екатерина Арсеньевна «много о себе воображает» и «хорошо устроилась», потому что живет на средства, которые ей щедро предоставляет бывший муж. При этом она сумела воспитать детей так, что они верят, будто всем ей обязаны, а отца, который нашел другую семью, считают предателем.

– Конечно, тут замешана женщина, – с усмешкой сказала Опалину соседка с шалью. – Екатерина Арсеньевна всех хотела держать на коротком поводке, но природу не удержишь…

Опалин уже уходил, когда у дверей его догнала Ляля. Лицо ее выражало внутреннюю борьбу.

– Вы спросили, с кем брат ссорился в театре, – выпалила она скороговоркой.

– Стоит, – заверил ее Иван. – Так что там произошло?

Ляля поглядела на него, ее губы задрожали.

– Что-то ужасное, я не знаю что, – проговорила она, волнуясь. – От нее он все скрывал, но от меня – нет. Я видела, что он ужасно взволнован… Он сказал, что его даже могут выгнать, что он совершил большую ошибку и нажил серьезного врага. – Она увидела выражение лица Опалина и прижала руки к груди.

– Когда именно он сказал вам, что совершил ошибку?

– За день до того, как не вернулся домой.

– И у вас нет никаких соображений, что именно он имел в виду?

Ляля покачала головой.

– А девушка? Она ведь у него была?

Его собеседница сердито сверкнула глазами, сделавшись в этот момент до крайности похожей на мать.

– Никого у него не было. Он сам себе все напридумывал…

– Что напридумывал, Ляля?

– Ничего.