Аквамариновое танго

– Алло, мсье Марли, это инспектор Лемье… Я правильно понял, что первый удар оказался смертельным, а остальные наносились как попало уже мертвой?

– Вы абсолютно правы.

– Получается, что убийца – профессионал, который хотел выдать себя за любителя?

– Это уже ваше дело – заниматься выводами и выстраивать теории, – довольно сухо ответил доктор. – Лично я готов ручаться только за то, что первый удар, нанесенный прямо в сердце, оказался смертельным. Если вы не в курсе, в сердце не так просто попасть, потому что его защищают ребра, но тут мы имеем дело именно с таким точным ударом.

– Благодарю вас, доктор, – промолвил Лемье и повесил трубку.

Вслед за тем он отправился к комиссару Оливьери. Этот добродушный, плешивый, полноватый господин считал себя мучеником своей профессии и по мере возможностей сваливал на подчиненных свои обязанности, оставляя себе только заполнение самых важных бумаг и общение с начальством. По-настоящему хорошо он чувствовал себя только на кухне, куда не пускал ни кухарку, ни жену.

– А, Анри! Заходи, заходи! Что это ты чернее тучи, дружок?

Анри слегка поморщился от фамильярности комиссара и сказал, что ему нужен ордер на арест.

– Кого именно?

– Учителя Феррана.

– Хочешь его прищучить? У него же стопроцентное алиби, разве нет?

– Нет у него никакого алиби, – мрачно ответил Анри. – Это он убил жену.

– Но он после нее ничего не наследует, – возразил практичный комиссар. – А мужчина в сорок четыре года не станет убивать из-за какой-то там страсти. Только из-за денег, да, из-за денег!

– Да неважно, из-за чего все случилось, – возразил упрямый Анри. – Это точно он.

Комиссар сдался. По прошлым делам он уже понял, что логика у инспектора Лемье, может быть, и хромает, однако если он счел кого-то виновным, так оно в конце концов и окажется.

– Будет тебе ордер, – объявил Оливьери. – А нож ты еще не нашел?

– Нет, но наши люди его ищут. Хотя Ферран далеко не глуп и наверняка уже успел от него избавиться.

– Но ты уверен, что это учитель?

– Он, даже не сомневайтесь. С ножом или без, я все равно его прижму.

– Как?

– Еще не знаю, но прижму.