(Не)зачёт, Мальцева!

Хотя не скажу, что вопрос приземляет – если Дмитрий Сергеевич позволяет себе такие высказывания, то, возможно, мы всё же сблизились больше, чем хотелось бы. Не думаю, что прям именно секс был, до такой степени я разум не теряю. Но, судя по всему, что-то вполне могло быть…

Это всё долбанные слова Лёши про стоны. Ещё и сообщения мои… Презервативы в пиджаке… Взгляды Дмитрия Сергеевича… Он.

Нервно сглатываю, прогоняя последнюю мысль.

– После того, как мы ко мне пришли? – вкрадчиво уточняет преподаватель.

Ну вот что он не может нормально, сразу сказать и успокоить! Нет, дразнится откровенно, и тоном, и недосказанностью, и взглядами своими… Ещё и чуть ближе придвигается, нагло наслаждается происходящим.

Плотнее кутаюсь в одеяло, отстранённо замечая, что стакан Дмитрий Сергеевич уже успел куда-то деть.

– Ну да, – надеюсь, у меня удаётся сказать это пренебрежительно равнодушно.

Для себя уже решила, что наплевать. Даже при худшем раскладе найду способ свернуть это всё на нет.

Дмитрий Сергеевич мимолётно улыбается, глядя мне в лицо. Ощущение, что каким-то образом умудряется догадаться, о чём я думаю. И вот даже это не сбивает его с толку.

Мне бы его уверенность, но куда там. Сердце просто бешено стучит. От потемневшего взгляда мужчины, у которого сейчас в квартире одна нахожусь, по коже мурашки бегут. Мне почему-то даже страшно становится.

– Позволь мне сначала кое-что прояснить, – слегка охрипший голос Дмитрия Сергеевича звучит так чувственно, что я не сразу улавливаю смысл слов.

Хотя времени на реакцию мне не оставляют – он как-то резко вперёд подаётся, уверенно напирает, заполняет собой всё пространство. Меня мгновенно ведёт, и без того с трудом соображала, а теперь голова и вовсе пустеет. Ощущение, что есть только я и Дмитрий Сергеевич, причём не только здесь и сейчас, а вообще. Пространство вокруг исчезает. Могу думать только о его близости, неожиданном требовательном поцелуе и жаре, исходящем от наших тел. Боже, это так необычно и неправильно, но в то же время всепоглощающе.

Я совсем теряюсь в происходящем, растворяюсь буквально. Чувствую себя беспомощной перед Дмитрием Сергеевичем, ослабленной, уязвимой, обнажённой полностью, словно одеяла между нами совсем нет, как и его одежды. Но при этом меня обволакивает его уверенной надёжной силой, мужской энергетикой, желанием явным, которому моё тело неосознанно откликается.

Я замираю, не в силах ничего предпринять.