В поисках радуги

Здесь было достаточно много студентов, так что голос пришлось понизить, чтобы не устраивать допрос прилюдно. Стейси не собиралась так просто отставать от своей жертвы, так что просто заговорила немного потише, спеша за Райтом.

– Ты математик? Что-то не верится. А говорил, что свободный художник! Я даже подумала в какой-то момент, что ты мой коллега.

– У меня хорошее образование. И иногда я им пользуюсь. – Он шагал очень быстро, так что за ним приходилось почти бежать. – Давай потом, ладно? Из-за тебя я не успел подготовиться к лекции.

– Дэвид! – Попавшийся им навстречу в коридоре человек лет тридцати пяти приветствовал Райта дружеской улыбкой. – Опаздываешь? Нетипично!

– Потом, Фил!

– Вечером в «Альбатросе», как обычно?

– Да!

Он снова распахнул перед Стейси дверь – на сей раз, в просторное помещение, заставленное столами и стеллажами, подвел к стулу и усадил. В комнате было пусто, работал кондиционер.

– Вот. Это наша кафедра, а это мое рабочее место. Постарайся отсюда никуда не деться.

– П-поняла. – Стейси даже заикаться начала, настолько была ошеломлена. Она совсем не такого ожидала. Думала, что припугнет Грэма, тот быстро соберет вещички и вылетит вместе с нею в Чикаго. А он ее зачем-то в университет притащил. Ну и дела!

– Вот и хорошо. – Райт бросил на стол свою потрепанную сумку, вытащил оттуда пару увесистых папок, наугад – по мнению Стейси – похватал со стола какие-то бумаги и быстро вышел.

Глава 3

Пару минут она просидела, просто бездумно глядя в стенку и пытаясь переварить события этого утра. Слишком уж стремительно они развивались. Нет, Грэм не наркоман, это точно. Но он очень странный человек!

Когда первый шок прошел, Стейси огляделась. Комната была просторной, однако казалась меньше из-за нагромождения мебели. Стол Грэма… хотя всё, отныне она здесь называет его Дэвидом, если ему так хочется, – оказался чуть ли не самым аккуратным в окружающем хаосе, хотя и тут неплохо было бы навести порядок.

Впрочем, Стейси, как натура творческая, привыкла к тому, что вещи лежат как попало. Она сама, бывало, увлекшись, захламляла окружающее пространство, а потом долго не могла убраться. Правда, долго это не длилось, некая врожденная любовь к порядку брала верх. А может, сказывалось мамино воспитание.