Костры из лаванды и лжи

Поставив на стол тяжёлую ношу, она свела ладони перед грудью, глубоко вдохнула через нос, и медленно, с усилием втягивая живот, выдохнула. Потом развела руки в стороны, словно обнимая воздух, сосредоточилась, стараясь уловить незримые эманации светлой энергии… Увы. То ли её чакры были намертво заблокированы, то ли она так и не усвоила уроки дяди Кости, но успокоиться никак не получалось. Плечо ныло, блузка неприятно липла к вспотевшей спине, поясницу болезненно тянуло.

– Ладно, ещё одна коробка. Последняя, – подбодрила она саму себя, толкая дверь на улицу.

Огонь взметнулся перед лицом, стирая окружающий мир. Трескучий жар поглотил все звуки, оставив лишь гул пламени, грохот падающих балок, истошные человеческие крики… Женя зажала ладонями уши и повалилась на колени, не зная, куда бежать – вокруг бушевала разъярённая стихия.

– Помогите, – прохрипела она, ощущая как на зубах скрипит пепел. – Помогите, я здесь…

2. Рабство с французским акцентом

– Тихо, тихо! Всё в порядке.

Знакомый голос пробился в сознание и стал путеводной нитью, возвратившей Женю в реальность. И не было сейчас ничего дороже той теплоты, с которой Максим поглаживал её по плечу. Лёгкий аромат грейпфрута, исходивший от него, хотелось вдыхать снова и снова, лишь бы никогда больше не чувствовать удушливую гарь.

Женя опустила ладони и затравленно огляделась.

Максим сидел рядом на корточках и с обеспокоенным видом заглядывал ей в глаза.

Рядом с ошарашенным видом стоял тот самый курьер «Гефеста», дымящаяся сигарета подрагивала у него в пальцах левой руки, а правой он нервно щёлкал металлической крышкой зажигалки. Чуть поодаль, у машины, любопытными сусликами замерли две проходившие мимо старушки. Сама Женя сидела на последней оставшейся на улице коробке с книгами, и та подозрительно прогнулась под её весом.

– Что… – Женя откашлялась. – Что случилось?

– Это ты мне скажи, – Максим нахмурился и встал, складывая руки на груди. – Ты так кричала, словно тебя заживо в котел с кипящим маслом опустили! Из бухгалтерии было слышно.

– Я не знаю… – пробормотала она. – Огонь… мне словно в лицо полыхнуло… и я…

Она смутилась и замолчала, уставившись в асфальт перед собой.