Костры из лаванды и лжи

Я тогда на полном серьёзе на несколько секунд задумалась, нет ли в замке привидений или ещё кого похуже! Особенно после твоих шуточек.

– Если только привидений недовольных постояльцев, – хмыкнула Моник и потянулась за брускеттой с тунцом. – Тела которых Люк прикопал на заднем дворе.

Женя оценила шутку, но всё равно ей стало не по себе. Люк и правда вызывал у неё неприятные ощущения. Этот его вечно мрачный взгляд исподлобья, подчёркнутая вежливость, чёрный костюм, потёртый на локтях и напоминающий похоронный.

– Да уж, Люк бы такое мог…

– Я одного понять не могу… – продолжила Моник. – Как ты вообще смогла попасть в правую башню? Там ведь дверь заперта! Как раз вот для таких, как ты, сено-солома.

– Было открыто, – Женя пожала плечами. – Может, кому-то понадобилось что внутри?

Моник нахмурилась.

– Это очень странно. Но хорошо, что ты мне сказала. Я разберусь. Не хватало ещё, чтобы кто-то из постояльцев туда ненароком забрёл…

Стрелка настенных часов подобралась к двенадцати, и «цветочная гостиная» стала заполняться тихими разговорами и шорохом выдвигаемых стульев.

Женя приветливо кивала коллегам, а потом пытливо взглянула на Моник:

– Так что всё-таки с той башней? Судя по состоянию помещений, там как будто ремонт идёт, но никаких рабочих я не видела.

Прежнюю беззаботную шутливость Моник как ветром сдуло.

– Башня на реконструкции. Не ходи туда больше, там опасно.

– А что.

– Говорю же, на реконструкции. Ремонт там. Что до рабочих, так ты ж в выходные приехала. Суббота? Воскресенье?

– Действительно.

– Эжени, а что думаешь насчёт обуви? Стиль всегда начинается с правильно выбранных туфель. Это фундамент, на котором ты стоишь. Поэтому обновление твоего гардероба предлагаю начать именно с обуви. А потом зайдём…

Мелодичная трель телефона прервала наполеоновские планы, и Моник, едва взглянув на экран, выскочила из-за стола.

– Чёрт возьми! Это из Марселя.

– Хорошей дороги, – пожелала Женя ей вслед, но Моник уже скрылась в коридоре.

– А по мне так стиль – это образ в целом, и туфли там явно не на первом месте, – хмыкнула сидящая чуть наискосок от Жени девушка в кружевной белой блузке. Зелёные камни её элегантных серёжек игриво поблескивали в солнечных лучах, проникающих в окно, но как-то совсем не вязались с жёлтой керамической подвеской в виде жирафа на кожаном шнурке.