Рассвет

– Верно, – коротко ответил мужчина, и в его глазах блеснуло что-то, отчего у меня по спине пробежались мурашки. В том, как он легко и просто бросил это короткое слово, было нечто зловещее. Мое впечатление до этого рассеялось в пыль.

– Но… Но почему именно мы? – спросил нежданно-негаданно Мартен, молчавший до этого момента. Он нервно теребил пальцами и совсем не смотрел на мистера Хадинга, словно боялся его. – Разве это не опасно?

– Очень опасно, – прямо ответил председатель. Вопреки всему, я почувствовал облегчение.

Он хотя бы не соврал. – Мы выбрали вас из-за ваших способностей.

Он сделал паузу и продолжил:

– Ты, Мартен, обладаешь невероятным умом, а твоя тяга к познанию мира вокруг навела на мысль, что тебе будет интересно узнать, что происходит на поверхности. Ведь ты поэтому не повернул обратно, когда представился такой шанс, да?

Мой друг растерялся. Его вроде похвалили, но я понимал, что он сейчас полон противоречий. Мне бы стоило что-то сказать, однако я в таких случаях совсем был бессилен.

Между тем мистер Хадинг перевел взгляд на Виану:

– Виана невероятно сильна морально и физически, ее силе духа и непробиваемости можно только позавидовать. Мы не могли оставить такую девушку в незнании.

Виана лишь фыркнула в ответ и отвернулась. Я заметил, что ее эти слова тоже задели в хорошем смысле, но ее все также не устраивало для чего ее так расхваливали.

– С тобой, Симон, все было решено с самого начала. Аналитический склад ума и полное несогласие с устоями нашего мира… Ты так сильно похож на своего деда, поэтому тебя и не было в списке на экзамен, ты уже автоматически был частью Центра и Поиска.

Я тупо уставился на мистера Хадинга, силясь понять, что он только что сказать. У меня словно окончательно выбили почву из-под ног. В голове все перемешалось, не осталось ни одной здравой мысли, за которую можно было бы ухватиться и удержаться. Я своего отца-то никогда не видел, какой еще дед?..

– Так ты значит с ними заодно.

 – Гневные нотки в голосе Вианы проступали так явно, что не заметить их было очень трудно. Не знаю, что она там себе надумала, но, кажется, теперь вся ее ярость была направлена на меня. – А строишь из себя дурачка очень умело, я даже и подумать не могла, что весь спектакль, который ты разыгрывал в школе, может оказаться фальшивкой.

Мне казалось, еще пару минут, и она меня ударит.

– Ты ошибаешься! – заступился за меня Мартен.