Тутанхамон и Я

– Теперь понимаю на что народные деньги уходят, – не унимался Фараон, – надо будет в академию наук партийную комиссию отправить. Пусть разберутся.

– Абсолютно правильно мой, Фараон, вы очень мудро заметили: зачем нам эти иностранные песни когда у нас своих прекрасных хватает! – Сергей Николаевич начинал понимать, что сегодня его день.

И вот на сцену грациозно, неся своё статное тело, вышла Певица.

– А Певица-то, Певица!.. – разглядывая в армейский бинокль заговорил Тутанхамон с теплотой в голосе, – а?.

Сергей Николаевич был поставлен в тупик таким вопросом. С одной стороны он прекрасно понимал, что когда мужчины говорят на такие вот интимные темы это их сближает… Но вот на сколько, в этой ситуации, можно сблизится с Фараоном?.. Он не представлял себе. «А может это он меня проверяет на моралеустойчивость? – подумалось ему, – смотри Серёга! Ляпнешь что-то не то и вылетишь в два счёта, как миленький».

– Да… я женат мой, Фараон. – Неуверенно сказал пресс-секретарь.

– И я тоже. – И как показалось Сергею Николаевичу, с грустью в голосе, произнёс Тутанхамон.

Вот по бокам, в шаге от Певицы, заняли свои места баянисты. Они дали небольшое, жалобное вступление и Певица запела своим очаровательным голосом. В ладони своей правой руки она, за кончик, недалеко от своей выдающейся груди, держала белый платочек и красиво помахивала им в такт мелодии. «Как будто кому-то сигналы подаёт». – В этот момент подумалось Сергею Николаевичу.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Я обезоружена, я обезоружена.

Я обезоружена и ты очень нужен мне.

Глава II

Второй сон Тутанхамона

После нескольких плавных, напевных аккордов баянов мозг Тутанхамона расслабился. А томный голос Народной певицы и такие ясные, простые человеческие слова окончательно добили его. И Фараорна снова потянуло в сон. Он осоловел. Веки отяжелели и повинуясь законам гравитации закрыли его глаза. Всё было как тогда, давным-давно. Тысячу лет назад.