Приор. Путь странника

После паузы, которая показалась Алексу бесконечной, Айрин выпрямилась, словно в ее теле лопнула струна, стягивающая ее, и произнесла:

– Я не наврежу вам, – ее умоляющие зеленые глаза впивались в лицо мужчины, он видел, что она верила в то, что говорила, верила в чистоту своих намерений. Но могла и не знать весь тот страшный замысел, частью которого стала.

– Я повторю свой вопрос: зачем? Зачем вам лететь с нами на планету?

– Там могут быть ответы. И…

– Что «И»?

– И я смогу… возможно, смогу доказать вам, что говорю правду, – она говорила робко, осторожно, медленно отступая от Рохаса к стене.

– Помнится мне, вы не собирались никому ничего доказывать, – он слабо ухмыльнулся и сложил руки на груди.

– Не собиралась, но… – она снова опустила взгляд, – думаю, мне все-таки нужно, чтобы кто-то мне поверил. Тяжело, когда нет рядом никого, кто может тебе доверять и кому можешь доверять ты.

Алекс повернулся, словно собирался продолжить путь по коридору, но остался стоять.

Он не ответил на ее просьбу: не потому, что у него не было ответа. Его ответ вряд ли понравится его команде, да и ему самому. Но чутье, зудящий в голове голос требовал от мужчины принять то самое решение, которое никак не вязалось ни с логикой, ни со здравым смыслом, ни с инстинктами.

– Хорошо, вы летите с нами, – остановившись около двери ее каюты произнес Рохас. Быстрым движением он открыл ей дверь и удалился, так и не взглянув на Айрин.

Войдя в каюту, она упала на диван, откинулась на спинку и, закрыв глаза, тяжело вздохнула.

– Начало положено, – произнесла она одними губами. В отличие от всех остальных, Айрин знала, что их ждет, и знала, как этого избежать. Единственное, чего она знать не могла, так это то, нужно ли этого избегать? Одна деталь, одно неверное движение, и будущее могло быть искажено до неузнаваемости, опасность могла нагрянуть так быстро, что она не успела бы ничего предпринять.

С этими мыслями она свернулась калачиком на диване и закрыла глаза. Она видела Приор, видела тьму, сгущающуюся вокруг него, и видела пламя, которое его поглотило.