Спящий Ангел. Они знали, что проиграют, и шли вперёд

Элли потянула за ту самую центральную нить, красную в сплетении потоков. И увидела Егора: напыщенная пустышка и маленький нарцисс, которого Марго, Луноликая и остальные выращивают в большого.

Пустой мёртвый мальчик. Ни одного признака жизни не наблюдается. Только корона.

На выходе Элли коснулась девочки-лучницы. В моменте почувствовала жадный призыв и просто положила руку на её запястье. Не стала отказывать себе в сиюминутном удовольствии. И словно не просто коснулась, а схватила искру с поверхности ее кожи – почувствовала волну рождающегося мира, которая разошлась по телу.

Вышла из подвала и поднималась по ступеням, с недоумением разглядывая собственную руку, пытаясь переварить и не упустить странное ощущение.

– Зачем так себя ведёшь? – Марго нависла над ней с верхних ступеней. Руки в боки. Брови сведены.

– Мне можно, – отмахнулась Элли и обогнула подругу, вышла на улицу.

– Кто тебе сказал? Кто тебе разрешил?! – Марго догнала её и схватила за руку, заставляя остановиться.

– Просто, всё просто: я себе разрешила.

Я разрешила себе всё.

Марго не отпускала. Молчала.

– Злишься, что я не оправдываюсь перед тобой, как перед мамочкой? Отыгрываешь роль родителя, а я так нагло не впадаю в детство? – Элли пошла в наступление. – Я давно выросла. И в мамаши себе подруг не приглашала.

Марго запыхтела, смотря исподлобья.

– Ты моя меценатка, – сменила тон на озорной Элли. – Спасительница душ. Нет, ну правда, ты, когда смотришь на меня, сама-то веришь, что меня нужно спасать?

– А ты всю жизнь так и хочешь сосать за пять тысяч и чпокаться по десятке?

– Это ты у нас за пятак сосать будешь, – промурлыкала Элли совсем незлобно.

 – Я наездница опытная, с портфолио. У меня другие расценки.

– Мир, крутящийся вокруг мужиков, – фыркнула Марго презрительно.

– Я для девочек стараюсь, – возразила Элли. – Мужчины от меня другие выходят. Себя знают. И партнёршу удовлетворить могут. Я несу в мир свет, позитив и принятие своего тела. Посмотри на меня: угловатая, без талии, с широкими бёдрами и плечами.

Но двигаюсь так, что в памяти у людей остаюсь кошкой. Я некрасива изначально. Но окружающие запоминают меня красавицей. И я живу как красавица.

– Цена невысока – быть мёртвой внутри, – съязвила Марго.

– Я всё про себя знаю, – спокойно ответила Элли. – И люблю себя. Живи я в Древней Греции, пошла бы служить в храм Любви. Предавалась бы там на потоке утехам. И одаривала бы мужчин собой. Почему делиться душевным теплом – хорошо.