Первая раса

Наконец она нашла её – овальной формы чёрную бусину, наполированную до блеска.

Эль тихо ругался, видимо, никак не мог остановить кровотечение. Риса протянула ему ладонь и потребовала:

– Дай мне руку.

– Слушай, тебе заняться нечем? – в голосе Эля слышалась не сколько злость, сколько боль. – Сходи погуляй. Когда вернёшься, всё будет в норме.

– Дай мне, пожалуйста, свою руку, – уже попросила Риса, не отводя ладони.

Эль глянул на девушку с недоверием, но всё же послушно протянул травмированную кисть. Риса подложила под неё свою ладонь и осмотрела рану.

– Как это случилось?

– Да какая разница? – буркнул Эль и попытался вырваться, но Риса так крепко сжала его руку, что он поморщился от боли. – И что теперь?

– Пойдём, – позвала Риса. – Сам увидишь.

Они сели в гостиной на софе, друг напротив друга. Риса больше не сжимала ладонь Эля, наоборот – чуть поглаживала, словно желая успокоить.

– Не сочти меня ненормальной, – серьёзно сказала она, – но я хочу попробовать альтернативный метод лечения.

– Тебе не кажется, что гомеопатия тут всё же бессильна?

– Кажется, ехидна, – Риса передразнила Эля. – Я и не о ней говорю. Только сиди, пожалуйста, тихо. Мне нужно сосредоточиться.

Девушка достала из кармана чёрный каменный шарик, зажала его между пальцами правой руки и накрыла ею повреждённую кисть. Она поёрзала, устраиваясь поудобнее. Закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Эль же скептически хмыкнул, но не посмел даже шевельнуться.

Так в тишине они просидели минут пять. Эль уже хотел тихонько толкнуть Рису, проверить, не уснула ли она. Но внезапно в голове у него загудело, как если бы на виски и лоб надавила какая-то невидимая сила. Именно в это же время Риса задышала глубже и чаще.

Не успел Эль и глазом моргнуть, как завибрировали ладони и стопы. Холодный шарик в руке Рисы внезапно стал едва ли не раскалённым, но его прикосновение не обжигало.

Глаза Эля расширились. Он поднёс левую руку ко лбу Рисы.

Эль опустил руку. Он понял, что происходило, и больше не стал мешать.

Наконец Риса отняла каменный шарик от его руки. Эль даже не удивился тому, что кровотечение остановилось, рана покрылась тёмной загрубевшей коркой, а кровь вокруг спеклась. Риса же удовлетворённо осматривала результат своего труда, а затем отпустила его ладонь.