Хилер особого назначения. Книга 1

Ну хоть убейте меня, не может быть у здорового человека такого незамутненного взгляда! Может, я, конечно, слишком цинично отношусь к людям…

– Я? – растерялся мальчишка. – Я из психиатрического отделения…

– Этого я и опасался… – нет, не цинично. Вполне себе объективно. Как они того заслуживают.

– Да нет, вы не так поняли! – сконфузился он. – Я не пациент! Я интерн, практически доктор…

– Ну во-первых, если из психиатрического, то доктор ты или пациент, особого значения не имеет, они там все одинаково шизанутые.

Очкарик вздернул нос.

– Меня предупредили, что с вами нелегко общаться.

– А зачет автоматом обещали поставить, если выдержишь десять минут?

Паренек надулся, как будто я назвал его любимую рок-группу галимой попсой.

– Я же сказал, я интерн, а не студент, – стараясь сохранить хладнокровие, процедил он.

– Ну тогда полчаса.

– Интернам зачеты не ставятся, – очень спокойно объяснил он.

– Бедолаги, – посочувствовал я.

– Интерн – это дипломированный врач, – пояснил он «для тупых».

– Ну хорошо, доктор, – согласился я, приступая к бульону. – Тогда раз вы здесь все равно пока сидите, дадите мне консультацию?

– Если ваш вопрос по моему профилю, то разумеется…

– Я вас умоляю, вы интерн, какой у вас может быть профиль! – он сверкнул глазами. Ой мальчик, как же ты собираешься с психами работать? – Ну ладно, ладно, – пожалел его я.

– Слушаю вас, – он произнес это с таким плохо скрываемым чувством гордости, словно ему предстояло спасти галактику от инопланетных захватчиков. Или хотя бы страну, да ладно, что там – эту самую больницу – от террористов. Причем, террористом, само собой разумеется, был я, а он – единственным в мире переговорщиком. Ну если не единственным, то самым лучшим. И если он завалит переговоры, то – там-тарарам! – все, что он любит и во что он верит, взлетит на воздух.

Нет, ну в чем-то он был прав. Я, конечно, не террорист и не инопланетный захватчик, но в случае провала переговоров его сертификату действительно грозит полный там-тарарам, не зря же Ника его ко мне определила, так что его поступок можно назвать вполне себе героическим.

– Доктор… Мне в последнее время снятся странные сны, – признался я. – Хотя, может, они и не странные, я ж не психиатр. Мне снится, что я режу людей.