Корона Эридана

Но переломить ход битвы было уже нельзя, Всеслав мог лишь наблюдать, как погибают те, кто в него верил. Весь цвет полоцкого войска, дружинники и ветераны Судомира, молодые горожане и наёмники – все держались храбро, но не могли соперничать с ополченцами всей Руси.

Снег невесомой тканью метели укрывал полочан и их недругов, лежащих возле сияющей, хрустальной речки Немиги. Сотням воинов было уже не суждено подняться с белого зимнего полотна, покрытого кровавыми узорами отваги, похожими на орнаменты полоцких ручников.

Отец впоследствии вспоминал, что на бранном поле у Немиги полочане расставались с жизнью очень мужественно. Они осознавали самопожертвование в этом сражении, как обязанность для счастья своей Родины. И, умирая, ратники Полоцка были среди товарищей.

Но в этих бескрайних однообразных снегах по-настоящему одиноким являлся Всеслав, нёсший на себе тяжесть вины за произошедшую катастрофу.

Полоцкий князь рубил головы со стойкостью обречённого, и около его лошади уже стала складываться гора трупов.

Ратимир с дружинниками пробился к полоцкому князю, Всеслава разместили на повозке и начали увозить с поля боя.

Ратимир и Вадил посовещались и решили, что битва проиграна. Вадил затрубил, давая сигнал к отступлению, теперь каждый спасался, как мог.

Киевский князь Изяслав, заметив Всеслава, покоящимся на телеге, снарядил большой отряд, чтобы захватить его.

Ратимир с Вадилом и моим отцом отъехали лишь на несколько сотен кладочных саженей, когда услышали стук копыт и увидели приближающуюся группу всадников южнорусских князей. Ратимир и полоцкие гридни понимали, что с телом Всеслава уже не успеют никуда сбежать.

– Ну что, братья, не дадим князя в обиду! – обращаясь к людям Всеслава, сказал Ратимир.

Ратников, охранявших Всеслава, было мало, но никто не собирался бросать князя, полочане готовились к смерти.

Им казалось, что всё кончено, но из леса неожиданно выскочили вооружённые балты, те самые воины из племён Прибалтики, которые скрылись в начале сечи Всеслава с Ярославичами.

– Выручай князя, Ратимир, а мы остановим ваших врагов! – произнёс сын вождя селов по имени Гутувер.

– Чудной народ эти балты, но что-то достойное в них всё же есть! – пробурчал тогда мой отец.