Больше чем кросс

Может я и видела аппараты такого размера, но как с ними можно было так ловко управляться – точно нет. Свежая краска кабины сверкала бликами на солнце, особенно теми местами, где темно-зеленая и черная область переходила в светлые пятна. Имитация окрашивания в защитную расцветку камуфляжа достигалась размытыми границами цветов всех трех видов.

– Он смотрится как игрушечный, – обернулась я к Егору, – ты постарался на славу.

Было видно, что парень смутился. Но зато не растерялся его друг и переключил мое внимание на себя:

– Я сначала говорил ему, зачем вообще нужна эта рухлядь сорокалетней давности, но он так уперся, и как оказалось не зря.

Правда, аппарат «зверюга» получился.

– Тогда уж шестидесятилетней, – я не отводила глаз от поля, где продолжалось движение.

– Что, прости?

– Шестидесятилетней давности, – я перевела взгляд на Костю, – это машина не может быть восьмидесятых годов, как ты говоришь.

– Эм… Это еще почему?

– Все просто. В модификациях данной техники после шестьдесят шестого года выпуска, модели уже шли с установленной заводской лебедкой.

– И… – улыбнулся Костя, – я что-то не понял, где прикол?

– А прикол в том, что Егор ставил лебедку сам, как он говорил, значит, у его Газа лебедки не было. А модели без лебедки выпускали с шестьдесят первого по шестьдесят шестой год.

Костя перевел удивленный взгляд на друга.

– Ну да, я же тебе говорил! Я лебедку от ЗИЛа сто тридцать первого покупал на Авито и менял сразу вместе с бампером.

А когда я переваривал…

– Да я понял, понял, – перебил его друг, – просто я никогда об этом не задумывался, так же, как и ты, наверное. Да и подобную информацию узнавать от девушки неожиданно как-то. Кира, это высший пилотаж!

Я почувствовала, как к лицу прилила краска. Костя сделал вид, что этого не заметил, он повернулся к Егору и хлопнул его по плечу.

Я подумала тогда, насколько бывают разные люди, которые общаются и дружат годами. Позитив и обаяние Кости зашкаливали, в то время как Егор заметно смущался и нервничал.

Их отношения между собой казались достаточно теплыми, несмотря на явную разницу в характере. Впрочем, как я и Лиза. Ксюха всегда удивлялась тому, как мы столько лет дружим, и что между нами может быть общего. Лиза – само воплощение нежности, легкости и женственности, в то время как я была полной ее противоположностью. Нет, я не похожа на соседского мальчика, который ходит в подвальный спортзал.