Национальный парк

Раскрою вам секрет, этим грешны все жены людей, подобных мне. В кругу моих знакомых и друзей их спутницы жизни отрываются на супругах еще и не так. Моя хотя бы петь не просится, – тут он заметил, как Амалия подавила улыбку, продолжая притворяться разгневанной. – С данной частью определились. Осталось последнее – главная громкая тема. Тут тоже просто. Единственное, чем положительно встряхивают общественность – благотворительность. Значит, нам с вами нужно придумать, с каким делом имя Эрики прозвучит впечатляюще, а вместе с тем от этого будет реальная польза, раз уж это все затеяли.

– Хорошо, – примирительно вздохнула девушка. – Думаю, с такой задачей справлюсь. Уже даже знаю, какой журнал можно привлечь к подобному, и почти решила с основной темой. Полагаю, она не должна выбиваться из общей тенденции вашей нынешней политики и направления компании, тогда пусть это будет помощь народам Замбии. Как особи женского пола, ей следует в первую очередь интересоваться детьми, значит, например, можно что-то придумать со школой.

– Мне нравится, – согласился Арсений. – Узнайте, где в стране хуже всего с образованием, и давайте откроем так какую-нибудь свободную школу для повышения общей грамотности населения.

– А на закладке здания сделаем фото вашей супруги вместе с местной ребятней! – уже радостно воскликнула Амалия.

– Думаю, проблема решена, – сказал молодой человек.

– Все, вас поняла. Удаляюсь выполнять поручение, – и также стремительно, как появилась, девушка умчалась прочь.

Стараниями Амалии под руководством Арсения всего за несколько месяцев вопрос со школой в Замбии был решен, и в зимнем номере популярного глянцевого журнала появилась большая громкая статья о жаркой бедной стране, жителям которой так сочувствует и помогает супруга известного российского бизнесмена.

Снега заметали Москву. Морозы крепчали, и высокие сугробы во дворах радовали детвору. Иногда вечерами Арсений Игоревич выходил в одиночестве прогуляться по ярким улицам, украшенным гирляндами, смотрел на беззаботный народ, и, глядя на угрюмые облака, видел чистое небо Африки.

Но он не горевал. Молодой человек любил Россию, считал ее своей Родиной и нисколько не стремился покинуть навсегда. Просто порой ему не хватало той свободы, которую Арсений обретал в Замбии. Там не было всех этих обязательных церемоний, козней конкурентов и непременной гламурной составляющей. Наверное, и тут удалось бы жить иначе, только он пока не знал как, а там это оказывалось возможным уже сейчас.