Предназначение Никки. И тайна Белого города

Люцифер следовал за ней, внимательно оценивая обстановку. Кир держал руку на рукоятке оружия, которое всегда носил с собой.

– ники! Ты пришла! – совершенно неожиданно послышался голос Евы.

Малышка выбежала навстречу из дома в абсолютно хорошем настроении и кинулась к тёте. Никки бессильно опустилась на колени и крепко прижала ее к себе, из глаз как-то сами собой хлынули слёзы облегчения. Кир терпеливо стоял рядом.

– Вы помирились? – в надежде спросила девочка. – Извините, я не успела посмотреть.

– Помирились. Да. Благодаря тебе помирились, – кивнула ники.

– Я так рада! Пойдём скорее в дом. Покажу вам кое-что.

И Ева потащила их за собой, взяв за руки.

– Уверена? – с опаской переспросила девушка.

Разулись, но снимать верхнюю одежду не стали. Это оказалась светлая, аккуратно убранная комната с бежевыми обоями. Широкий диван, шторы, радио играло. Люцифер обнюхивался, но ничего необычного не замечал. Никки придирчиво осмотрела помещение и всё-таки сняла куртку по настоятельной просьбе племянницы, которая тут же убежала звать кого-то.

– Ты что-нибудь понимаешь? – одними губами спросила она у напарника.

Кир отрицательно покачал головой.

И тут вошел он. Мужчина лет сорока, приятной наружности. Ростом чуть ниже Никки. Добрые внимательные глаза смотрели изучающе. Светлые волосы были на первый взгляд незаметны на свету. Одет он был по-простому: бежевые брюки, тапочки на босу ногу, летящая рубашка. Руки сложены на груди.

– Добрый день, ребята, – доброжелательно улыбнулся мужчина.

– Кто вы? Зачем похитили мою племянницу? – раздраженно поинтересовалась ники.

– Она всегда такая напряженная? – в свою очередь спросил он у Евы, которая тут же пожала плечами, забравшись на диван с ногами, словно была у себя дома. – Наверное, и тахикардия имеется. Присядь, Николина. Зовите меня Доброжелатель. Нам предстоит разговор, а твою племянницу никто пальцем не трогал. Она сама кого хочешь за пояс заткнет, – по-прежнему более чем доброжелательно и с мягкой улыбкой усмехнулся мужчина, весело переглянувшись с девочкой.

За окном падал снег, легкий сквозняк развивал изящные светлые шторы. Ева с торжественной осанкой, не присущей детям, сидела напротив Никки и, жуя за обе щеки неизвестно откуда взявшиеся конфетки, внимала каждому слову этого странного «Доброжелателя».