У самого синего моря

Почти в тот же момент его закрыла мощная фигура женщины в пушистой шубе с лысым котом. Животное презрительно глянуло на Алину и, казалось, фыркнуло. От такой наглости она на пару секунд онемела, а потом кинулась к выходу, но было уже поздно. Знакомой зелёной куртки не было в вагоне. Вбежавшие в последний момент школьники перегородили ей дорогу, двери глухо захлопнулись, отрезая в очередной раз путь к незнакомцу.

– Ну и чёрт с ним, больно надо, другого найду, – в сердцах бросила Алина. Стоящий рядом мужчина с любопытством глянул на неё и втянул живот.

 – Алло, Алла Георгиевна, доброе утро. Я немного опаздываю, передайте, пожалуйста, Максиму, что я зайду к нему после встречи.

Не слушая робких возмущений секретаря, девушка кинула телефон в сумку и выскочила из вагона. Водоворот из людей, шарфов и сумок увлёк её к противоположному выходу, но до встречи ещё было больше получаса, поэтому Алина надвинула капюшон и вышла на замёрзшую улицу. Накануне весь день шёл дождь, ночью столбик термометра опустился до ?15?, поэтому с утра тротуарная плитка сверкала как зеркало.

Прохожие на разные лады ругали градоначальника, но он оставался равнодушен к жалобам и каждый год покупал самую модную плитку.

– Старая ты оглобля, как же я теперь к врачу-то пойду! Скройся, бесстыжий, с глаз моих! Надо было за Мишку выходить, где ж мои мозги были два года назад!

Алина резко развернулась и увидела у газетного киоска пожилую пару. Она была в тёмно-розовом пальто и малиновой шляпе, помада того же цвета ярко выделялась среди многочисленных морщин, отчего рот походил на бантик.

В руке дама держала цветастую авоську и периодически замахивалась ею на бесцветного старичка в поношенной кожаной куртке и старомодном кепи. На её крики он почти не реагировал, лишь еле заметно кивал, отчего седые кудряшки причудливо топорщились.

– Я тебе говорила положить маску, ты почему не положил?! Мне что, теперь надевать это голубое безумие? Что обо мне подумает Лев Станиславович!

– Машенька, так тебя же там никто не знает. Ты быстро накинь и заходи, а в кабинете можно и без маски.

Старичок всё пытался успокоить её, прижимая к груди её костлявую сморщенную руку, но дама распалилась не на шутку и уже кричала на всю улицу, не скупясь в выражениях. Прохожие удивлённо оглядывались на пару, но сразу же погружались в телефоны. Алине одновременно стало противно и грустно от разыгравшейся сцены. С одной стороны, было жутко жалко старика, с другой – он ведь мог уйти и не терпеть эту мерзкую бабку.