Зарисовки моей души

Как лето хочется! Достала из сумочки ключи от машины и телефон, набрала номер Солнцевой.

– Привет, подруга, – ответила после первого же гудка Инга.

– Привет! Я только от Димы вышла – опять ворчал. И почему только мне всегда достается? Ты же у нас писатель, – пожаловалась и нажала на брелок – разблокировала машину и села в нее.

– А то ты не знаешь почему! – хмыкнула подруга.

Я вырулила с парковки, поставила телефон на громкую связь и бросила на сиденье рядом.

– Вот только не начинай! – простонала, посмотрела по сторонам и аккуратно влилась в поток машин.

– Что, забыла уже, как он на корпоративе тебя в углу зажал и в любви признавался? «Вера, бросай Вову, я ж тебя люблю и хочу. Все тебе дам», – начала копировать голос Енина подруга.

Я засмеялась, но не от того воспоминания, а от Инги – такая дурашка. Да, я знала, что нравлюсь Диме. Очень нравлюсь. Но все это не взаимно от слова совсем.

– Давай на неделе встретимся, кофе попьем?

– Покажешь, что нарисовала?

– А ты, что написала.

– Договорились. Место и время, Ольшанская?

Я усмехнулась.

– Завтра точно скажу, мы сегодня идем на прием к Игнатьевым. Не знаю, сколько выпью.

– Сочувствую, дорогая, – а в голосе – ни капельки сострадания.

Закончили говорить с Ингой, когда я подъехала к салону красоты – пора привести себя в порядок.

* * *

Вечер у Игнатьевых прошел на удивление хорошо. Обычно я не особо люблю ходить на такие рауты – чувствую себя живой мебелью, но сегодня мне понравилось. Рита Игнатьева постаралась на славу – ничего не скажешь.

Чего только развлекательная программа стоила. Домой мы с Вовой приехали в хорошем настроении.

– Какая же ты красивая в этом платье, – жарко зашептал муж в ухо, пока мы поднимались по лестнице, словно два подростка, наконец-то дорвавшиеся друг до друга. Мы вошли в спальню, и Вова развернул меня спиной к себе, жадно прошелся руками по бокам и схватил за бедра, прижал к себе. – Ты видела, как на тебя смотрели другие мужики? – задрал платье и отодвинул трусики в сторону, прикоснулся к нежной плоти.

Я кусала губы, чтобы не застонать, пока он гладил меня там. Спустил одну бретель с плеча и сжал грудь. – Хотели тебя трахнуть, – ввел вовнутрь сразу два пальца, я едва не вскрикнула от неожиданности, но мне нравилось бесстыдно насаживаться на его пальцы.

– Пусть смотрят, – голос охрип, дыхание рванное, – ушла же я с тобой.

– Тебе это нравится, да, Вера-а-а? – прикусил мочку уха, заставляя прогнуться еще сильнее.