Сдайся мне

Я дернула за ручку – заперто. Я зарычала от бессилия. Секунда, и мы выехали из ворот.

Я забилась в самый дальний угол и пыталась прекратить истерику. Страшно, как же мне страшно. Что же будет дальше? Куда он меня везет? Как папа позволил? Отпустил с мужчиной, которого я вижу четвертый раз в жизни. На меня снова и снова, словно разрушительная волна, накатывает осознание, что Адам Ибрагимов слишком опасный. Слишком взрослый. Просто слишком. Как сопротивляться такому. Я кожей чувствовала его изучающий взгляд на себе.

– Куда мы едем? – спросила звенящим голосом.

– Домой.

– Мой дом в другой стороне!

– Теперь твой дом там, где я, – отрезал он.

А у меня в мозгу закоротило. Еще приказывать мне будет? Я даже плакать передумала. Выпрямилась в кресле и на него посмотрела.

– Ты мне никто, ясно? Я тебя ненавижу! Ненавижу! Слышишь? – кричу я.

– Слышу, не ори, – отвечает с улыбкой.

Улыбается еще! Разрушил мою жизнь и улыбается.

– Животное! – кидаю в него банан, который до сих пор в руке сжимала.

Ибрагимов легко ловит его на лету.

– Еще одна такая выходка – накажу, – чеканит каждое слово.

– Что ты мне сделаешь? Что? Снова отшлепаешь? – и плевать, что в машине, кроме нас, еще люди, мой фокус только на нем одном.

Я сжимаю кулаки и тяжело дышу. Сама не поняла, как оказалась так рядом к нему. В легкие тут же забился его запах, деранул до слизистой, а потом, словно вирус, по всему организму. Рассматриваю против воли, не хочу, но по-другому не выходит. А внутри настоящее файер-шоу из эмоций и чувств.

Адам вдруг наклоняется ко мне совсем близко-близко, чем пугает до одури. Я дергаюсь, но он пятерней за скулы хватает.

– Кто? – спрашивает тихо.

Пальцем по ранке на губе проводит. Мне до сих пор больно, но я даже не скривилась. Просто смотрю на него. Внутри все бунтует против его близости. Какого черта хватает меня? Кто давал разрешение.

Глаза в глаза. Молчаливый диалог. Вижу, как в глубине его глаз вспыхивает азарт.

Сломает.

Заставит.

Принудит.

Давит на ранку. Сильно. Больно. Я шиплю от боли. Дергаюсь, но он не дает сдвинуться с места.

– Я задал вопрос.

Отвечать или нет?

– Несостоявшийся тесть, – выдыхаю, смотрю в глаза, а потом неожиданно добавляю. – Убьешь его?

– Убью.

Одно слово, а у меня внутри, как будто гранату взорвали. И ведь убьет. Из-за меня. Я зависаю от этой информации, не знаю, как реагировать.

Адам наклоняется еще ближе, тянет воздух у моего виска.