Жена фабриканта. Том 2

Иногда я даже думаю, что всё это суета, которая отрывает меня от чего-то более важного и необходимого, от того, что сидит во мне, от юношеской мечты. Я, знаете ли, с детства люблю рисовать, и к счастью у меня был хороший учитель – мой отец. Кстати, этот пейзаж с девушкой, на который сейчас смотрит Дмитрий Николаевич, я сам написал, – не без гордости заметил он, указывая на картину.

– Картина великолепная. Чувствуется рука хорошего мастера. У вас есть талант, Давид Абрамович, – обернулся к нему Массари.

– Благодарю, я очень польщен. Мне как художнику-самоучке приятно, что и на мою работу нашлись настоящие ценители, – Стольберг широко улыбнулся. В глазах его загорелся огонек неподдельного удовольствия.

– Согласен с Дмитрием Николаевичем, я тоже обратил на неё внимание, когда вошел. Очень красивая картина и девушка тоже. А кто она, если не секрет? Ведь вы писали её с натуры? – спросил Петр.

– Да. Это моя жена. Такой я увидел ее спустя неделю после нашей свадьбы, – охотно пояснил Стольберг и подошел к портрету.

– Да, получилось. Очень хорошо, – сказал Петр.

– Спасибо. Это были очень счастливые мгновения жизни, и когда мы поженились, и когда я писал ее портрет… Но у кого их нет? Дай бог их каждому пережить. В последнее время я заметил, что стал хуже рисовать. Порой даже кисть не хочется брать в руки, как будто что-то погасло.

– Ну не будем больше о грустном, господа! Кстати, у меня есть еще кое-какие картины. Могу показать.

– С удовольствием посмотрим. А вы как на это смотрите, Дмитрий Николаевич? – воскликнул Петр и взглянул на Массари. Мгновенье поколебавшись, тот тоже кивнул.

Хозяин дома оживился.

– Спасибо. И все же я рад, господа, что могу вам помочь. Сам ведь был когда-то таким, как и вы, Петр Кузьмич. Вы молоды и находитесь в начале пути, и возможно, не знаете, куда следует двигаться. Послушайте мой добрый совет, идите туда, куда ведет ваша совесть. И будьте уверены, что ваша семья никогда от вас не откажется, – добавил Стольберг и как-то странно поглядел на него.