Лунная мелодия

Почему втайне от мужа? Да потому что иначе могла много «доброго» о себе услышать. Только так я могла насладиться счастьем и почувствовать хоть каплю любви, представляя себя на месте девушки. Саша и так считал меня весьма недалекой, не способной принимать решения, глупышкой, требующей жесткого контроля. Хотя теперь все становится на свои места: ему нужна была от меня только бабушкина квартира. А как же теперь быть, он там, а я здесь? Он запросто может объявить меня без вести пропавшей. Ведь бабушки нет, меня нет, что ему мешает? Не в том смысле, чтобы мне было ее жалко, нет, просто жаль, что квартира достанется именно ему.

– Вот, – передо мной поставили серебристый овальный предмет на ножке. Затем Катарина провела по гладкой поверхности рукой, по поверхности прошла рябь, и я увидела свое отражение.

– Странное у вас зеркало, – повторила движение хозяйки сего предмета.

– Через зеркала можно наблюдать за его хозяином, а это защита, – как бы между прочим ответила она, будто мне это понятно, как дважды два.

Уточнить не решилась, вместо этого окинула взором свое отражение. На гладкой поверхности отражалась очень красивая девушка, устремившая свой взгляд на меня: ее великолепные холодные белые волосы, словно серебрившиеся изнутри, подали густой волной на плечи, светлая, почти прозрачная кожа, высокий и широкий лоб, аккуратные, красиво изогнутые светло-коричневые брови и длинные черные ресницы, из-под которых выглядывали огромные, ярко-голубые и холодные, словно январское небо, глаза.

– Это я и нет, – прошептала, недоумевая, вслух.

– Сильно изменилась? – сильно это не то слово, очень! Но вместо этого я тихо прошептала:

– Да, я была другая, –  но увидя на лице собеседницы непонимание, пояснила ей: – Хуже, я была в сто крат хуже!

– Даже не верится, ты очень красива, – ответила Катарина, и весь ее взгляд говорил о восхищении.

Не представляю, как моему любимому супругу не было противно ложиться со мной в постель. Какую же психологическую травму я нанесла ему, что он лечился у психолога Наташи!

– Сколько тебе лет?

– Через месяц должно было исполнится двадцать.

– Ты такая молоденькая?! – изумленно прошептала Катарина.