Чарованная щепка

Ей пришло в голову, что лучше потратиться на услуги магички, зато вернуть половицам первозданное благолепие.

Совет кумушек выражал справедливые сомнения:

– Леюшка Сальвадоровна больно хрупкая! Тут не иначе боевой маг нужен.

Ветераны борьбы с плесенью соглашались безоговорочно.

Только тетушка упрямо позвала магичку. Сражение было назначено на погожее мартовское утро, и, нетерпеливо дождавшись Лею, Рози проводила ее к месту сечи.

Дом был крепкий и нестарый. Торговля у отца Рози шла одно время бойко, так что над клетью устроили даже большую светлицу, где летом спала дочь – как царевна, в отдельной комнате.

Соседки помогали вдове с дочерью сколько могли, и нынче по праву явились принять живейшее участие.

– Магичке, поди, совет какой нужен будет, – хлопотали они, теснясь втроем на короткой лавке с кулями семечек (домовитая жена бездельными руками не срамится!).

Кумушки почли за долг смотреть во все глаза и разнести молву: как-то закончилась битва магички, «со щитом» или «на щите»? О том, чтобы улица вести ждала с нетерпением, они наперед позаботились.

Когда Лея вошла в дом, здоровый люк у дальней стены был распахнут. Подпол уже пустовал, на досках его обшивки печально зияли темные раны плесени.

– В комнату щупальца бросила, бестия черная, – подала голос кума Берта с безопасного места поодаль.

Лея, напротив, приблизилась и осторожно заглянула вниз, оценивая масштаб. Она не имела ни книг, ни других занимательных приспособлений – советчицы про себя осудили такое небрежение, хотя от души полюбовались юной леди в дивной меховой накидке.

– Как люди говорят? «Ломать – не строить»? – спросила барышня, отступая на пару шагов от края. – Не тревожьтесь, я управлюсь быстро.

Чародейку, впрочем, никто не торопил. Она настроила голосовые связки на магическое «пение» и набрала воздух в легкие.

– Телегу подогнали! Лавки выносить, что ли?

Девица вздрогнула и обернулась к двери – с холода ввалились два бравых молодца в тулупах нараспашку. Оказалось, кумушки выделили сыновей для погрузки мебели. Чем бы ни закончилась борьба, нехитрую утварь наметили сегодня же продать на рынке.

– Погоди ты, «лавки»! – шикнула на рыжего грузчика мать, кума Берта, сердито отрывая взгляд от леиной работы. – Не видишь, заняты твои лавки? Стол выноси.