Чарованная щепка

Шумные ряды остались позади, дома подрастали, каменели и жались друг к другу плотнее. В этих районах дворов не держали за дороговизною земли, зато уж сами здания были оштукатурены, иные даже покрашены.

Устройство новых домов еще чтило традиции – резные окна глядели прямо на улицу, а вход непременно лепился сбоку, через дощатые сени. В хоромы из камня частенько проводили воду и сточные трубы, но обогрев по-прежнему доверяли печному жару. Быть может, развитие артефактов скоро позволит забыть о холодных сенных пристройках, пока же те хранили дом от сквозняка и заодно служили дровяницами.

Ближе к дворцовым стенам плотная застройка вновь сменялась простором аллей и усадеб с личными парками – здесь местились аристократы и процветающие торговцы.

Вязунья несла свой заказ в один из таких домов, предвкушая порадовать модницу, купеческую дочку Клариссу. Мастерица миновала уже кованые ворота, поднялась на высокое крыльцо, стянула варежку и почти занесла кулачок для стука, когда решила прежде вытащить сверток из сумки.

Рука ее дрогнула, не завершив движения – свитера в сумке не было.

Несмотря на тепло своей одежды, Арис похолодела до самой макушки. Едва помня себя от ужаса, подобрала юбки и кинулась обратно по своим следам, боясь поверить в потерю заказа, стоившего ей три седмицы труда и пяти пасм дорогой тонкорунной пряжи.

Они со свитером покидали избу вместе, в этом вязунья была уверена. Расставание произошло по дороге, и романтическая драма сия разыгралась, вероятно, в торговых рядах.

Теперь на дне сумки покоилась только солидная скалка, которую девица носила при себе на случай самообороны. Орудие сгодилось ей в жизни только однажды, когда дорогу к дому заступила воинственного вида старая коза с обломанным рогом. Коза не то испугалась, не то распознала по скалке соседку и, мерно жуя лопух, пропустила без попытки сближения. Нынче же именно березовая деревяшка не дала девице вовремя ощутить, что сумка полегчала.

Свитер, обернутый холстиной, мог вероломно перекочевать в чужой мешок, а мог и нечаянно выпасть – ручки у сумки длинные, от донышка к верху она расширяется.

«Напрасно взяла ее нынче, пусть и подходит к платку по цвету…»

Тяжело дыша от бега в старенькой шубе, Арис опять очутилась на рынке. Возле прилавка с мандаринами не было уже ни телеги, ни грузчиков, ни малейших следов свитера на изрядно потоптанном снегу.

Вблизи сугроба на обочине, где Арис выудила мандарин, мостилась лавчонка с рядами варений в глиняных горшочках.