Моя судьба в твоих руках

Я никогда не верила своей удаче и догадкам, поэтому, решив, что пойду вперед, я пошла в противоположном направлении, т.е. развернулась на 180 градусов и отправилась в путь. Не знаю, сколько я шла, но мне становилось все холоднее и холоднее, и даже плед, в который я успела дома завернуться, не помогал мне.

– Думмаю, я ужже ввыггляжжу ккак мертвец, – выговорила я, чтобы не было так тихо.

– Значит тот лыжник, когда к тебе подъедет, свалится в обморок от ужаса. Ты так не думаешь? – спросил мой внутренний голос, – хотя, может, он любитель трупов.

– Где?!

– Кто где? Любитель трупов?

– Лыжник!

– Да тут он, уже на подходе, не ори так. Вдруг он передумает к нам подъезжать? Что тогда будешь делать? Плясать, чтобы согреться? Я этого не выдержу, определенно.

Действительно, на горизонте, спускаясь с горки, кто-то двигался, и, судя по всему, на лыжах. Но то, что мой собеседник увидел его раньше меня, очень удивляло. Как он это смог?

– Эй! Я тут! – крикнула я, замахав руками, чтобы лыжник мог лучше меня видеть.

– Ой, ё, – только и смогла выговорить я, вспомнив любимую фразу детства.

– Ну, беги, чего стоишь? Надо же узнать, что с ним! – вывел меня из ступора мой внутренний голос.

***

– С вами все в порядке? – спросила я очень громко у лежащего на моих коленях и уже минут 10 приводимого в чувство лыжника.

– Да все со мной нормально, кричать только вот не надо – я не глухой пока что, – было мне ответом.

От такой грубости у меня отвисла челюсть, и я решила спросить у него, нормально ли то, что он отлеживается на моих коленях да еще так отвечает. Да что же за народ такой в моих ошалевших галлюцинациях? А ведь я к нему еще и на Вы обращалась! Хотя, с такой внешностью можно было бы и простить. Каюсь, высокие брюнеты со спортивным телосложением всегда были моей слабостью. А уж с такими притягательными чертами лица. Мм…

– Ты вообще кто такой будешь? – спросила, наконец, я, придя в себя, – и долго ли еще собираешься отдавливать мои ноги? – вообще то, мне не сложно было держать его голову на своих коленях и смотреть в его лицо, а также на выбившуюся из-под шапки прядь черных волос.

– Нет, уже встаю. Все, больше беспокоить не буду, – сказал все еще незнакомый мне человек и, поднявшись и отряхнувшись (на меня!), стал удаляться.