Мюонное нейтрино, пролетевшее сквозь наши сердца

– Давайте я попробую с Люсей вместо Таи, – предложила Оксана.

Девушки уселись друг напротив друга. Люся повторила нехитрый цикл манипуляций с картами. Оксана выбрала из квадрата центральную, запомнила, вернула на место.

Девушки соединили руки и взгляды. Все молчали, только дождь шуршал – будто бы кто-то мял конфетные обертки.

– Девять пик, – сказала Люся.

– А вот и нет. – Тая открыла карту. – Валет бубен.

– Давайте еще. Нужна статистика, – нахмурился Серега.

Но и на другой, и на третий раз фокуса не получилось.

– Просто они не настолько близкие подруги, – подытожила Тая с загадочной улыбкой.

Она положила на колени блокнот и взялась за карандаш.

– Рисуешь? Покажи что-нибудь.

Нюра придвинулась к Тае и попыталась заглянуть через ее плечо.

– Я не люблю, когда читают письма, – Тая успела захлопнуть блокнот.

– Что у тебя там такого секретного? – поинтересовался Захар.

– Тебя не касается, – рубанула Тая.

– Дикая ты какая-то сегодня. – Нюра поднялась и подошла к краю крыльца. – Дождь закончился.

Умытый мир блистал. Над волнистой кромкой леса громоздились леденцовые предзакатные облака.

Тая проводила глазами ребят, нырнувших в дым садовой листвы.

– Наконец-то. Мне неуютно, когда слишком много людей.

Она раскрыла блокнот на случайной странице и черной гелевой ручкой принялась рисовать розу. Проводя линию, свежую пасту она размазывала пальцем – создавала тени.

– Да уж… – согласилась Люся. – Когда я ловлю на себе взгляд Оксаны, мне кажется, что она постоянно меня оценивает.

– Так ведь и ты ее оцениваешь, – сказала Тая, облизывая палец, чтобы легче было размазывать линии. – Ты же спрашивала меня после того, как мы вчетвером ходили в баню, у кого лучше фигура – у тебя или у нее.

– Красиво у тебя получается. Мне бы так. Я вот рисовать вообще не умею…

Роза под пальцами Таи один за другим разворачивала лепестки, обретала объем, пышность.

– Я думаю, Оксане нравится Захар.

– Послушать тебя, так весь мир в него влюблен! – с доброй насмешкой заметила Люся.

Тая фыркнула.

– Может, так и есть. Он ведь и тебе нравится? Нравится же? Хоть немного? Особенно эта его ухмылочка в стиле «бэд бой»?

– Да ну тебя! – Люся со смешком отмахнулась.

Рядом с розой на блокнотном листе проявлялся бутон – будто Тая чуткими пальцами стирала белый налет с готовой прекрасной картины.