Повелитель тлена

Бастиан, помедлив, кивнул:

– Есть. Но боюсь, он тебе не понравится. – С этими словами высший потянулся к оставленному на столике свертку и разорвал бумагу. Отставил в сторону какой-то пузатый флакончик с мутновато-лиловой жидкостью и взял в руки стеклянный сосуд с тонким горлышком. В нем была заточена… невероятной красоты бабочка.

Никогда прежде мне не доводилось видеть ничего прекраснее! Ее золотистые крылья были расписаны темными витиеватыми узорами, бархатистую головку и грудь, казалось, покрывала бриллиантовая россыпь.

Вот бабочка вспорхнула, но не способная вырваться на волю, снова опустилась на дно своей «клетки». Резко хлопнула крыльями, и ее окутала легкая сизая дымка.

А когда та рассеялась, от сказочного создания не осталось и следа. Я увидела свернувшуюся клубком змейку с янтарными глазами и изумрудной чешуей. Приподняв голову, пресмыкающееся угрожающе зашипело, глядя на меня. За каких-то пару минут диковинное существо успело поменять свой облик несколько раз. Скинув личину змеи, превратилось в черного паука – не самое, должна заметить, удачное из его обличий, – чтобы потом снова стать нежной бабочкой, на сей раз с прозрачными крыльями, покрытыми серебристой пыльцой.

– Это андромела – одно из самых необычных созданий, когда-либо рождавшихся на Эльмандине, – пояснил высший, ставя сосуд с бабочкой – хотя нет, уже снова со змеей – обратно на столик. – Редкое, прекрасное и очень опасное существо. Это твой билет в новую жизнь. Но… – Бастиан помедлил и с явной неохотой закончил: – Но может статься, что ты не выдержишь превращения и яд андромелы тебя убьет.

– Превращения? – тихо переспросила я, с опаской косясь на «хамелеона» в банке, вновь надумавшего стать пауком.

– Метка не исчезнет с твоего нынешнего тела. Никаким чарам не под силу ее свести. Но на новом девственном теле от нее не останется и следа. Благодаря укусу андромелы ты, можно сказать, родишься заново.

Укусу? Ядовитой твари?

Я судорожно сглотнула и отвернулась от чертового создания. Всерьез думает, что я позволю этой дряни себя укусить?!

А маг тем временем, то ли не догадываясь, какие мысли роились у меня в голове, то ли ему на мои переживания было попросту наплевать, продолжал свой невозмутимый инструктаж:

– Ты должна понимать, прежней тебя не станет.

Изменится все: черты лица, цвет глаз, фигура… Даже голос станет другим. Но это и хорошо. Никто и никогда не заподозрит в тебе беглую рабыню. Преступницу. Ты сможешь начать все заново. Новая жизнь, новая ты.